Дорога Костей

Я был… растерян.

Силла поморщилась.

Джонас запрокинул голову к потолку коридора.

— Я думал, если пересплю с ней, смогу выбросить тебя из головы. Но я не смог. Просто не смог… — Он провёл рукой по бороде, а потом встретил её взгляд. — Послушай. У меня есть Илиас. «Кровавая Секира». Я не привязываюсь к кому-либо еще. Так безопаснее. Но… ты мне нравишься. Больше дозволенного.

Сердце Силлы грохотало в ушах так громко, что она едва слышала его слова.

— Может, это меня и испугало. Я подумал, что если просто оставлю тебя в покое — всё вернется на круги своя.

С каждым его словом что-то в ней раскрывало крылья. И наконец Силла подняла глаза.

Синие. Синие. Синие.

— Что ты имеешь в виду под «должна»? — прошептала она.

— Это значит ровно то, что ты сама захочешь.

Сердце стучало в груди, в ушах, в кончиках пальцев.

— Отвлечение, — прошептала она. Неужели она и правда это делает? Но она этого хотела. Жаждала той искры, что жила между ними. Его прикосновений, от которых кожа будто загоралась, а кровь пела. — Я хочу, чтобы ты отвёл меня в свои покои… и отвлёк.

Джонас резко вдохнул. Они молча смотрели друг на друга на протяжении нескольких ударов сердца. Его руки скользнули под её подбородок, приподнимая лицо и он прижался лбом к её лбу.

— Я отвлеку тебя так, что ты забудешь собственное имя.

Из её горла сорвался сдавленный смешок.

— Такой самонадеянный Волк.

— Просто уверенный, — низким голосом ответил он.

Он отвёл её в конец коридора, повозился с ключами и открыл дверь. Внутреннее убранство комнаты было почти как у Геклы: деревянная кровать, меха и одеяла, стол, пара стульев, очаг.

Силла прислонилась к стене, наблюдая, как он разжигает огонь. Через пару минут пламя затрещало в очаге, отбрасывая мягкий свет и посылая волны тепла в сторону Силлы. Джонас закрыл дверь, оставив их в уединении и повернулся к ней.

Сердце стучало в её груди, словно молот, отдаваясь в ушах. Комнату освещал только колеблющийся свет пламени. Он скользил по его золотой бороде, по изгибу губ, глаза сияли в полумраке.

Она всегда считала его красивым.