Доминант

Это мне казалось настоящей жестокостью к совершенно беззащитным крошечным людям. Но сейчас… сейчас я совсем не знаю, что и думать. Это не стало менее жестоким, только сама мысль об аборте уже не вызывала такого отторжения.

Хотя быть может я себя просто обманываю. Наивно полагая, что я смогу «решить проблему легким путем». Одно дело так подумать, совершенно другое – сделать. Да и не беременна я еще. С чего вдруг в голове такие дурацкие мысли?

Может потому, что Доминант с остервенением пытался меня защитить, а сейчас вдруг почти опустил руки…

– Завтра меня выписывают.

И я бы хотела уточнить, сколько из 48 часов осталось? – не знаю почему, но я вдруг решила его кольнуть.

И ведь попала в самую цель. Доминант посмотрел на меня так, что пробрался своим взглядом до самой души.

А в его глазах заблестели слезы.

– Ты вольна уйти, если хочешь. После случившегося я не смею тебя задерживать, – кажется то, что он говорил, вызывало в нем какие-то страдания.

Ну да… Наверное, из-за денег.

Он ведь оплатил «банкет», а не попользовался им всласть. Хотя учитывая, сколько я в реальности уже с ним провела, то там уже с лихвой набралось двое суток. Он играл не честно. Вот и я не буду честной.

– Хорошо. Я тогда сразу после выписки поеду домой.

– Я тебя отвезу.

– Не нужно, – резко произнесла.

Нет, я так завопила не потому, что боялась, что он снова меня «похитит». Я хотела сделать ему больнее. Раз не хочет защитить девушку, которая ему нравится, боясь рисковать собой, то и не нужно мне рисовать свою розовую мечту.

Напридумывала себе, что тот, кто тебя купил, вдруг станет тем, кто полюбит. Нет, не полюбит. Я ведь для него всего лишь игрушка. Игрушки нравятся, они могут радовать. Но любить их по-настоящему не получится, как бы ни хотелось…

– Ариана, извини, если что. Вот мой телефон, – он передал в мои руки визитку. – Будет желание, позвони. Я больше не буду тебе навязываться. Ты и так хлебнула от меня.

Я пойду, но напоследок хочу сказать, что буду очень ждать твоего звонка.

Ничего ему не ответив, смотрела, как Доминант выходит из палаты. Внутри меня шла настоящая война. Одна я желала, чтобы он остался. Другая, высокомерная я, радовалась, что он уходит. И вторая желала, чтобы ему было как можно морально больнее от его безразличия. Он не стал привлекать полицию. Решил не защищать ни меня, ни эту бедную девушку. Это чертовски обидно.