Доминика из Долины оборотней

Так, ладно, я отвлеклась.

– Мы обвиняем вас в похищении, пытках и жестоких казнях сотен невинных людей, – ответил между тем Дэн Гаду.

– Они не были людьми! – вскричал тот в ответ, потом расслабился и даже слегка улыбнулся. – Вы ничего не докажете.

– Все доказательства у нас уже есть, – сказал Эндрю, неожиданно появляясь из дома за спиной Гада. – Гейб, у него здесь в ноутбуке, абсолютно все собранные данные обо всех пленниках. Обо всех тестах, проверках, убийствах. Всё, что было в компьютерах головного офиса и кое-что сверх того.

– Уничтожь всё, – кивнул ему Гейб. – Проследи, чтобы ничего не осталось. Скопируй себе, что нужно, а остальное вычисти набело. Ну, ты знаешь, что нужно делать.

Эндрю кивнул и снова исчез в доме.

– Не смейте трогать мои вещи! – вскричал Гад. Ну, не могу я его иначе называть, для меня у него человеческого имени нет! – Там десятилетия исследований! Вы не понимаете!

– Мы всё понимаем, – хмыкнул Фрэнк. – И копии всего этого уже есть у федералов, они разбираются с исполнителями, если вы не в курсе.

– Уже ушёл, – Гад заулыбался шире. – Никакой суд не сможет связать меня с моей организацией. Мало ли, что есть у меня на компьютере, может, мне это подбросили.

– Он псих? – шепнула я Фрэнку. Не такого поведения я ожидала от того, к кому ввалилось несколько гигантов, явно собирающихся с ним расправиться. Где страх, где попытки сбежать, откреститься от всего и вся? Он же выдаёт себя с головой и не боится.

– Вполне возможно, – Фрэнк пожал плечами в ответ. Потом вновь обратился к Гаду. – Нашему суду не понадобится что-то доказывать, для нас давно всё предельно ясно. Но кое-кто всё же хотел бы высказать свои обвинения. Солнышко, хочешь быть первой?

– Хочу. – Я шагнула вперёд. – Я, Доминика Форест, обвиняю этого... человека в том, что по его вине меня похитили, а потом пытали – жгли огнём.

– Форест, Форест, – задумчиво забормотал Гад. – А-а-а, номер четыреста двадцать семь.

– Мне был страшен огонь. Я не выходила из взрыва, меня спасли, вынесли, – я оглянулась на Фрэнка. – А ваши люди продолжали жечь мою кожу газовой горелкой, даже видя, что я не исцеляюсь.

– Ну, так это ведь не я тебя жёг, – Гад пожал плечами. – Все претензии к тем, кто это делал.

– С ними мы уже разобрались.