Доминика из Долины оборотней

– Угу, – кивнула я, представляя нас на месте этой парочки, когда все окружающие прекрасно понимают, чем именно мы только что занимались. Но этим-то простительно, родителей Эбби уже давно нет на свете, а вот перед своими палиться очень бы не хотелось.

Дальше мы летели молча, видимо, всем было о чём подумать. И через некоторое время впереди появились огни города – солнце давно село, так что заметить нас в небе вряд ли кто-то смог бы, особенно учитывая, с какой скоростью мы мчались. Следуя указаниям Гейба, Рэнди летела в нужном направлении, мы за ней, и вскоре я увидела аэродром, а чуть позже мы приземлились в тени нашего самолёта.

– Я тоже могла бы сама запрыгнуть, – шепнула я Фрэнку.

– Солнышко, ты ещё не до конца освоила «мягкую посадку». Было бы жаль помять такой симпатичный самолётик.

– Ну-ка, ну-ка, дай и нам полюбоваться на чудо-девочку, которая ради твоего спасения переродилась на четверть века раньше срока, – услышала я знакомый голос и не сдержала улыбку.

– Привет, Дэн! – я обернулась к отцу Фрэнка, который забрал меня из его рук, разок крутанул и поставил на пол.

– Совсем взрослая стала, замуж пора.

– Мы над этим работаем, – вытягивая меня из его объятий, согласился Фрэнк.

– Здравствуй, внученька! – Дэн не менее радостно обнял Рэнди.

Рэнди рассмеялась и обняла его в ответ.

– А нас представишь новым родственникам? – раздался ещё один голос, и к нам шагнули две гаргульи, мне не знакомые. Впрочем, Фрэнк уже говорил, что с нами полетят его брат Саймон и брат Эрика Майкл, а догадаться, кто из них кто, было не сложно – один блондин, как Эрик, и заметно моложе остальных, другой брюнет, выглядевший ровесником Дэна и Фрэнка, в остальном они были невероятно похожи, как, впрочем, и все гаргульи.

Дэн представил нас друг другу, мужчины обменялись рукопожатиями, нас с Рэнди обняли и слегка покружили под недовольными взглядами наших мужчин, после чего мы расселись по диванам и креслам в ожидании остальных участников нашей экспедиции.

– Рад наконец-то познакомиться с лучшим другом Эрика, – сказал мне Майкл. – Помню, он переживал, что не может тебе открыться, рассказать правду о себе, а ты оказалась такой же, как и мы.