Доминика из Долины оборотней

А ведь она уже обращается! Может, Джеффри сумеет обнаружить что-нибудь, что упустили те врачи? Он сотни лет изучает наш вид, знает, где искать.

– В любом случае, кем бы Стейси не оказалась, ваша семья – это лучшее, что могла с ней случиться при данных обстоятельствах.

– А она – лучшее, что случилось в жизни Люси и Филиппа. Знаешь, а ведь Стейси теперь – моя внучка. Троюродная. Как Пирс.

– Ты совсем не выглядишь бабушкой, – улыбнулся Фрэнк.

– Я НИКОГДА не буду выглядеть бабушкой, – захихикала я. – К тому же, бабушка – это ерунда.

– Конкретно про них – нет, не знал, но учитывая, что ты в третьем поколении из десяти – не удивлён. Впрочем, в таких семьях, как у нас, чему-то подобному удивляться не приходится.

– Это точно. Хорошо, что для нас с тобой эти реалии привычны с детства, а вот каково людям? Интересно, Эбби уже в курсе точного возраста Ричарда и количества его потомков? Наверное, сильно была шокирована?

– Не знаю.

"За разговором мы умяли свинину, вкуснее которой я в жизни не ела, по крайней мере – мне так казалось. Чего тут было больше – сознания того, что её приготовил для меня Фрэнк, его кулинарного мастерства или того, что мои вкусовые рецепторы работали теперь в разы лучше, – не знаю, но я взяла с Фрэнка клятвенное обещание время от времени готовить для меня это блюдо, поскольку это была воистину пища богов.

Ужин завершился поеданием клубники, причём я сидела на коленях и в объятиях Фрэнка и кормила его ягодами, перемежая это действо лёгкими поцелуями. Не в губы, нет, мы всё ещё негласно «придерживали коней», но в щёки, нос и подбородок я его целовала без малейших угрызений совести, получая такие же поцелуи в ответ.

На этот раз я более внимательно следила за временем. Часов у меня не было, мобильники остались в палатке, но у меня было небо и Фрэнк, который показывал мне созвездия, которых, кстати, после моего перерождения на небе стало в разы больше, и объяснял, как по ним определять время, а так же по положению луны и солнца.