Доминика из Долины оборотней

Избавившись практически от всей футболки – кроме того куска, на котором сидела, – я взяла полотенце и стала вытираться. Через пару движений у меня в руках оказались клочки полотенца! Да что же это такое?

Слезы готовы были брызнуть у меня из глаз, но я взяла себя в руки, ещё пару раз провела по своему телу тем, что только что было полотенцем, окончательно превращая его в лохмотья, и кинула то, что осталось, на пол, к ошмёткам футболки. Сойдёт. Теперь – одеться. Начать я решила с футболки, которой было предназначено сегодня стать моей пижамой, хотелось скорее прикрыться, ведь я осталась абсолютно голой.

Осторожно, помня про участь, постигшую моё предыдущее одеяние, я взяла её и стала аккуратно надевать через голову. В итоге моя голова просто прошла сквозь ткань, а часть подола вновь осталась у меня в руке. Не удержавшись, я всхлипнула от отчаяния, и это, видимо, послужило сигналом для Фрэнка. Потому что в следующую секунду я уже сидела на соседнем, сухом стуле, тщательно вытертая и одетая в целую футболку и трусики, а Фрэнк стоял позади меня, вытирая мои волосы.

– Как у тебя это получается?! – я от всей души недоумевала, поскольку на собственном опыте убедилась, насколько это сложно.

– Века тренировок, – откладывая полотенце и беря в руки расчёску, ответил он мне. – И ты научишься, поверь. А я тебе помогу.

– Я чувствую себя совершенно беспомощной, как младенец. Стоять не могу, одеться сама не могу, всё ломаю.

– В каком-то смысле ты и есть младенец. Для тебя, для твоего тела, началась новая жизнь, ты словно бы заново родилась. Так что теперь тебе опять, как в детстве, придётся учиться владеть своим новым телом. А пока – что ты предпочитаешь? Воду, морс или колу?

– Морс.

– Вот, держи. Начнём пока с металлической кружки, потом перейдём на фаянсовую посуду.

– Может, начать с пластиковой, одноразовой? – спросила я, аккуратно, словно хрустальный бокал, беря обеими руками кружку с морсом и поднося к губам.

– Нет, пластиковая не подходит, ты её сейчас просто не удержишь, сомнёшь. Будем двигаться постепенно, от самого твёрдого к более хрупкому, – себе Фрэнк налил воду в стеклянный бокал и с удовольствием выпил её, потом налил ещё. Бедняга, сколько же он не пил?

Отставив бокал, Фрэнк перенёс меня вместе со стулом к столу, на котором уже были расставлены тарелки с разнообразной едой.