Дом в Порубежье

Я вошел внутрь и начал готовиться ко сну. Но, оглядев себя, сразу заметил, что перепачкался всякой мерзостью в темной части ущелья, когда мне приходилось много передвигаться на руках и на животе. От меня дурно пахло, и я решил омыться, прежде чем есть и спать.

Выйдя из пещеры, я немедленно наткнулся на ключ возле огненного жерла; их было немало в этой части ущелья, горячая вода заполняла скальную котловину, согнувшись над ней, я уловил запашок серы. Потом я омыл и протер платком руки, лицо, панцирь и снаряжение, после чего обрел и душевное спокойствие.

Вернувшись в пещеру, я сел у входа в нее и, не выпуская из рук Дискоса, съел четыре таблетки, потому что долго обходился без пищи, а потом выпил воды. Ну а после трапезы ущелье показалось мне чуть менее мрачным.

Потом я заметил норы, а возле них обитателей – сразу и похожих на крыс, и в чем-то отличных. Одни из них валялись вокруг огненного жерла, другие охотились в скалах; одна на моих глазах ухватила за шею змею. А потом сразу взялась за еду, хотя жертва вовсю хлестала хвостом о скалу.

Покончив со змеей, псевдокрыса направилась к ключу и напилась воды; потом она вернулась к огню и улеглась, обнаруживая все признаки сытости – в отличие от меня. Их было много вокруг огня, они бегали, пили, ели. Люди нашего века сказали бы, что это Провидение соединило для этих зверей необходимое для жизни тепло и питье – ведь повсюду в ущелье царил жестокий холод.

В тот раз я спал очень спокойно, и холод ущелья не слишком тревожил меня; что объяснялось, во-первых, близостью огненного жерла и, во-вторых, теплом, которое дает пещера. Проспав крепким сном восемь часов, я поднялся – усталый, но готовый продолжить свой путь. Недолго посидев, я проснулся полностью, а потом съел две таблетки и выпил воды – но уже сидя у входа в пещеру, после того, как разбросал камни. Потом я надел свое снаряжение и отправился дальше.