Дом Люцифера

На песке, привалившись к его колесам спинами, застыли фигуры багдадских полицейских и офицера. Последний был ранен в плечо и истекал кровью. Всю эту группу охраняли два агента ЦРУ, которые по внешнему виду легко могли сойти за иракцев.

— Вам известно, что они собирались с нами сделать? — спросил Смит Донозо.

— Ага. Завезти в укромное место, там убить и закопать трупы. Да так, что даже бедуины не нашли бы.

Джон приподнял брови и обменялся взглядом с Рэнди. И не заметил удивления на ее лице.

— Мне очень пригодились бы эти два Калашникова, мистер Бонне, — сказал Донозо.

Смит и Рэнди протянули ему оружие. Затем Рэнди объяснила Джону:

— Донозо всегда был нахалом и свиньей, и еще ярым женоненавистником. Вот он и придумывает мне разные противные уничижительные прозвища типа «маленькая леди», «девчушка», «лапочка». Какие только может извлечь из памяти, опираясь на свое батрацкое прошлое.

Донозо ухмыльнулся во весь рот.

— Но ей больше всего нравится «свинячье рыльце».

— Ограниченное воображение? — возмутилась Рэнди. — А ты забыл, кто спасал твою задницу в Эль-Рияде? Где благодарность? Где уважение, наконец?

Донозо смешно надул щеки.

— Да, и правда. Как-то совершенно вылетело из памяти. — Он положил их автоматы Калашникова на кучу другого оружия, отнятого у иракцев. — Гляньте-ка, нет ли тут ваших пистолетов?

Джон быстро отыскал свою «беретту», а Рэнди пришлось изрядно порыться в куче, прежде чем она обнаружила «узи».

Они расселись в машине, и Джон кивком указал на пленников.

— А с иракцами что собираетесь делать?

— Да ничего, — ответил Донозо. — Стоит только кому узнать, что они оказались здесь, в пустыне, в полицейском грузовике, и их немедля отправят на виселицу или в пыточные подвалы Хусейна. Так что будут, как миленькие, держать язык за зубами.

— Но это означает, что им лучше иметь при себе табельное оружие, когда будут возвращаться в полицейский участок, — заметил Смит.

Донозо кивнул.

— Это верно.

И вот старенький БМП снялся с места и, буксуя колесами в песке, развернулся и помчался прочь, провожаемый тоскливыми взглядами иракцев. Постепенно набирая скорость, водитель вел тяжелую машину прямо посреди узкой дороги, ведущей в глубь пустыни. Луна начала клониться к западу, звезды ярко блистали над головой.