Должница миллионера

Несколько репетиций по три-четыре часа, а между ними огромный перерыв, в который мы и ходим убивать время за вкусной и вовсе не дорогой едой. К тому же, как постоянным клиентам и за мои красивые глазки, нам делали различного рода скидки и подарки от заведения.

Когда мы сидели здесь с Александром, я могла бы не озвучивать свой заказ — официант и так хорошо меня знал, но при Саше было как-то неловко подтверждать его слова, что я здесь завсегдатай. Хорошо, что официант не стал со мной здороваться как обычно, понимая, что я с мужчиной, и не стоило открывать лишний раз рот.

По дороге долго уверяла Алю, что мне медицинская помощь не нужна, и угробила я только машину. И свою, и чужую. Но это мне ещё предстояло рассказать.

— Мы пешком шли. Всё так плохо с машиной? — не отставала с вопросами за обедом Аля.

— Она сейчас в сервисе. На эвакуаторе оттарабанили туда. Только механики после осмотра смогут поставить ей диагноз. Пока я — пешеход и буду кататься с тобой на трамвае!

— Ну и покатаешься, ничего не случится с тобой.

— Ну да, — засмеялась я.

Так и есть. Чёрт, кстати, за хлебом-то тоже придётся ходить пешочком…

— Жалко, конечно, машину твою, — вздохнула брюнетка.

Але всегда и всех жалко.

— Это не самое печальное. Я ещё разбила дорогую тачку одного красавчика. И теперь он хочет денег.

Аля уставилась на меня, округлив свои карие глаза:

— Сильно разбила?

— Ну, прилично.

— Ого, — прикрыла подруга свой ротик рукой. — Для нас это большая сумма.

— А он говорит — копейки. Ваша страховая покроет. А она не покроет ни фига.

— И как отдавать?

— Ну как… По решению суда частями будут списывать с зарплаты, пока всё не отдам. Я ж много получаю, чё мне — жалко половину отдавать и без того не нуждающемуся мужику?

— Половину?!

— Да.

— М-да… повезло, нечего сказать.

— Хотя этот король жизни предложил расплатиться другим способом, и тогда я ничего бы ему была не должна.

— Каким? — наивно спросила Аля.

Она реально не врубилась.

— Аль, не маленькая же, — посмотрела я на неё с особенным смыслом.

Когда до неё дошло, она опять прижала свою детскую ладошку к губам.

— Вот козёл! — ругнулась Аля.

— Ещё какой.