Доля ангелов

Рыбин я разрезала вдоль хребта, присолила, завернула в лопухи и прикопала у берега в тени — вечером у нас будет королевский ужин.

Ухе не доставало лаврушки и перца. Я даже уголек бросила в бульон, когда сняли супчик с огня. Дин урчал как кот и нахваливал мои умения. Морда снова стояла в воде, но желающих туда зайти рыбешек не было. После обеда мы легли в траве и ловили кузнечиков ладошками — их кучей бросали к камню, привлекая рыбу.

Я продолжила с огородом, а Дин с камнями из реки, когда к нам подошел Карл. Он обошел наш шалаш, посмотрел на кучу камней на берегу и хмыкнул.

— Хозяйка, я завтра утром выезжаю в Валенторн. Рано еще, но больно мне интересно — за сколько отдам твою побрякушку. Рассказывай, что еще нужно тебе привезти. Но помни, что телегу у меня одна, и лошадка не породистая, старая.

— Козу сможешь в деревне купить? Дойную, — я с прищуром и улыбкой, как дедушка Ленин, смотрела на Карла.

— Если дать денег — продадут и козу, только вот по лесу ее тащить на плечах — больно много мороки.

— Ну, я ж не бесплатно.

— Нууу, если войдет…

— Войдет, это все легкое. Козе ноги перевяжешь, и внутри в телеге привяжешь. Она молча поедет. Попоишь водичкой на привале и привяжешь к телеге, травы поест. Может и на привязи за телегой бежать, как уйдешь подальше от Валенторна.

— Ладно, понял…

— И еще, знаете дуб с дуплом…. Где почта от Харма лежит…

— Туда опасно ходить.

— Ну, вдруг вы хотите быть мне меньше должным?

— Ладно, говори.

— Надо положить туда записку.

— Пиши записку, утром заеду, крикну.

— Спасибо, Карл, заходите вечером — угостим вас рыбкой, — я снова посмотрела на него с хитрецой. Иногда, когда во мне просыпалась местная Лора, я переходила на «ты», но мне было стыдно. Похоже, он это заметил, но улыбался как умный и зрелый человек, наблюдающий за бравирующей девчонкой.

— Спасибо, хозяйка, некогда мне вечером — пройду заказы наберу по Харму, — он еще раз улыбнулся нам, мотнул головой и направился к дороге.