Доктор Барченко (СИ)

Уж мог бы помочь!

- Не политика ли тому виной? - спрашивали у него.

Александр вздыхал, отговариваясь тем, что он - непротивленец. Ходило такое словечко, исчезнувшее вместе с самими непротивленцами.

Но бывало и по-иному: Барченко расписывался на мягкой обложке книги, что подсовывал ему седой профессор, а нудный экзамен превращался в беседу двух интеллигентов обо всем на свете. Ему завидовали.

Уложив программу трех с половиной лет менее чем в два года, успешно сдав выпускные экзамены в Техноложке, Барченко получил приглашение читать там же небольшой курс - общее естествознание.

- Я не справлюсь - стыдился он, не преподавал никогда большой аудитории."

"- Вы отличный популяризатор, Александр Васильевич, отвечали ему, такие ныне редкость, все по заграницам норовят выступать. Не откажите, сделайте милость, мы вам и лабораторию дадим, и аспиранта хорошего подберем.

Аспиранта ему дали бестолкового, Таамила Кондиайнена (Кондиайна). Финн. Тянул слова по-русски настолько медленно, что Барченко пугался, не уснул ли он. Хотелось взять булавку и уколоть. Зато пером финн строчил быстро, как автомат: готовясь к гимназии, маленького Тамку напугал брат, велел учиться писать быстро-быстро. И тот с горя выводил по три слова в секунду! Стенограф! Отличный секретарь!

- Но пусть не открывает рта! В шутку Барченко наложил на Тамку обет молчания, и тот молчал!!!! Честно молчал.

Иногда он брал Таамила Кондиайнена для демонстрации силы внушения: идеальный объект, все стерпит! И послушный!

- Дурак, что ли? - недоумевали студенты. Позже выяснилось: Кондиайнен отнюдь не глуп. Романтичный мальчик, он вбил себе в голову, будто Барченко владеет тайнами бытия, сам исповедуя какую-нибудь экзотическую веру. Косил под простачка, чтобы профессор не боялся при нем излагать свои мысли.

Но откуда это знал Таамил? Из сплетен?! Весь Соляной городок, где жили преподаватели Техноложки на казенных квартирах, говорил, что Барченко - человек загадочный.