Договорная жена. Завоевать любовь

– Всё играешь в семью? – раздалось внезапно рядом, заставляя меня замереть от неприязни. Бывший муж самым наглым образом сел за мой столик, занимая место Мурада. – Думаешь, чужой станет своим?

– Единственный чужой это ты! – зло прорычала я, и, прежде чем Карим успел ответить, мой муж, налетев словно ураган, просто снес его со стула, хватая за шкирку как котенка и таща вон из ресторана.

– Мурад! – закричала я ему вслед, не в силах поверить в происходящее. Я тут же побежала за ними, не зная, чего ждать от злых мужчин, явно настроенных на драку, ведь Карим прекрасно знал, что Мурад отреагирует на его наглые действия.

Мурад

– Алия, отойди! – предупредил я жену, приказывая ей вернуться в ресторан. Она стояла рядом и тряслась как осиновый лист, бегая взглядом с меня на своего бывшего мужа. Султан на ее руках занервничал и стал капризничать.

– Мурад, что происходит? Отпусти его! – снова закричала она, прижав к себе ребенка и стараясь его утихомирить, и я, взбесившись от ее просьбы, повысил голос:

– Не твоего ума дело! Мы сами с ним разберемся! Иди в ресторан, ребенок плачет.

Она опешила от моего тона и просто открыла рот, но, ничего так и не сказав, ушла, как я и просил. Тут же повернувшись к ушлепку, которого продолжал держать за грудки, я встряхнул его и наклонился прямо к самому носу."

"– Тебе что, непонятно сказано? Чего ты лезешь к нам? – напомнил я ему о нашей предыдущей встрече, о которой Алия не знала.

В тот день в офисе, когда Карим преследовал Алию и хотел устроить скандал в фойе, а потом охранники увели его, я приказал им выяснить, где тот живет. Заявился к нему и потребовал оставить Алию в покое. Мерзкий слизняк затаился на время, но сейчас снова пытается пробраться на мою территорию!

– Лезу, потому что имею право! Она моя жена! – говорил он нагло и развязно, невзирая на то, что в глазах четко читался страх.

– Бывшая жена, идиот! Ты что, отупел совсем?

– Это ты тупой! Приманил ее ребенком и заставил жить с тобой! Ей нужен только он, ребенок, она же иначе детей иметь не может! – повторил он то, что уже говорил мне тогда.