Дочь викария

 — Это насчет… м-м… супружеских отношений. Я обещала твоему отцу, что… э… обязательно узнаю.

— Ой! Ой, Мэри Роуз, да ты смутилась!"

"Мегги хихикнула, снова обняла мачеху и объяснила:

— Знаешь, а мне незнание подобного рода кажется немного волнующим. Томас удивительно хорошо целуется. Думаю, он вполне справится и со всем остальным.

— Да, — прошелестела Мэри Роуз. — Думаю, что справится.

— Не могу представить, как это говорить с папой о подобного рода вещах! — внезапно возмутилась Мегги, но тут же задумчиво прибавила:

— Но наверное, ты можешь сказать насчет языков во рту друг друга… это правда так часто делается? И вы с папой тоже?

Мэри Роуз едва не проглотила свой собственный язык.

— Ну… собственно говоря, если тебя это действительно интересует, а ты человек пытливого ума, думаю, что должна ответить утвердительно. Это вполне обычная вещь.

Она улыбнулась, покраснела, подняла глаза к потолку, погладила Мегги по спине и подняла дорогой дорожный плащ из темно-красного бархата, свадебный подарок Томаса.

* * *

Томас ждал их у подножия лестницы, серьезный, даже, пожалуй, мрачный: очевидно, ему хотелось уехать как можно скорее. В холле толпились смеющиеся родственники. Чертовы кузены вели себя как всегда, то есть как последние идиоты. Столько любимых лиц…

Мегги обняла отца, и всем показалось, что она не хочет разжимать рук. Тайсон заметил, что Томас выглядит совершенно бесстрастным, но он успел достаточно узнать молодого человека, чтобы понять: тот хочет свою жену, и хотел ее пять минут назад.

— Будь счастлива, родная, — напутствовал он.

Кто-то дернул Мегги за юбку. Она опустила глаза, увидела Рори и, высоко подкинув, чмокнула в обе щеки.

— Поздоровайся со своим зятем, Рори.

Рори сначала оглядел Томаса, потом долго изучал его, прежде чем констатировать:

— Вы — тот человек который спас меня своим чудодейственным лекарством.

— Похоже, что так, — подтвердил Томас.

— Значит, вы можете дать Мегги все, что она захочет.

— Обязательно, — заверил Томас, наклонив голову. Рори погладил его по плечу. Мегги еще раз поцеловала младшего брата, прежде чем отдать отцу.