Дочь викария

Томас едва не расплакался от облегчения.

Доктор Притчерт, видя, что он ринулся к жене, поспешно загородил дорогу.

— Я велел ее сиятельству оставаться в постели. Завтра посмотрим, не станет ли ей легче.

Мегги нервно подскочила, услышав очередной громовой удар. Дождь безжалостно барабанил по окнам.

— Все хорошо, Томас. Не пугайся.

Но он боялся, о, как же он боялся! Проводив доктора, он сел на кровать, привлек к себе жену и спрятал лицо в ее волосах. Поцеловал в висок и хрипло пробормотал на ухо:

— Ты спугнула последние остатки порочности.

Теперь я стану благочестивее твоего отца, и он будет так поражен, что предложит мне прочитать проповедь.

Мегги слегка и очень осторожно повернула голову и поцеловала его в шею.

— Хотелось бы видеть тебя на амвоне. Пожалуйста, не теряй всю греховность, я этого не вынесу. Мне она ужасно нравится. И не покидай меня, прошу тебя, не покидай.

Томас закрыл глаза, целуя ее волосы и кончик носа, ощущая мягкость тела сквозь муслиновое платье.

— Давай переоденем тебя в ночную рубашку.

Глава 27

Мегги наблюдала, как Мисс Криттенден пересекает длинную кухню, моментально останавливается, поворачивается и мчится к ней.

— Клянусь, это поразительно, — благоговейно прошептала Мегги миссис Блэк. — Просто невероятно.

— Чертова кошка ведет себя так с тех пор, как большой котяра Макгаффи отправился в море вместе с Дэви, младшим мальчишкой Мидлендов, — пояснила миссис Блэк, прищурившись, чтобы лучше видеть мелькающую по кухне Мисс Криттенден.

Правда, это не слишком помогало, и бедная женщина только зря тратила силы. — Носилась повсюду, искала его, и все напрасно. Вот и осталась привычка бегать где ни попадя.

— Значит, она затеяла все это, чтобы найти кота и Дэви. Хм… может, вы случайно открыли новый метод тренировки. Миссис Блэк, вы спросили у доктора Притчерта насчет очков?

— Да, миледи. Доктор перепробовал все, но говорит, что это катаракта, вроде как плотная вуаль на глазах.

И эта вуаль будет становиться все толще и толще, пока я совсем не ослепну. Он называет это бельмами.

— Мне очень жаль.

— А так хотелось увидеть, как Мисс Криттенден на бегу ловко огибает миски с мукой и сахаром. Сколько раз я едва не спотыкалась об нее! А вы, миледи, принесли столько перемен, одна лучше другой. Знаете, теперь я носом чую запах чистоты в Пендрагоне. Благослови вас Бог, миледи.