До того как

Я прикусываю губу, чтобы не застонать.

Киска у Тессы влажно поблескивает, и я уже не могу сдерживаться. Буквально набрасываюсь на нее, прижимаюсь губами к мягкой истекающей соком щелке. Языком скольжу вниз и начинаю нежно посасывать.

Тесса подается мне навстречу, и я, ухватив ее за бедра, резко подтягиваю к краю кровати. Тесса издает милый возглас удивления и возбуждения. Я, крепко ухватив ее за булки, жадно сосу и вылизываю, а она стонет, произносит мое имя вперемешку с «о да!», «боже мой!» и грязными словечками.

Мне нравится, как она меня подбадривает, и я работаю ртом так, что бедра у нее начинают конвульсивно подергиваться, а пальцы впиваются в простыни. Сейчас она, правда, ухватила меня за волосы, со всей силы. Обожаю!

– Хар… дин… – задыхаясь, шепчет Тесса, и я запускаю пальчик ей в щелку. Довожу мою женщину до беспамятства. Одновременно лижу ей клитор. И вот она кончает. М-м, как же сладко.

Приподнимаюсь, чтобы отдышаться, утыкаюсь носом ей в живот. У меня еще стоит, и, лежа на Тессе, я хочу трахаться.

– Трахнуть тебя? Тебе мало, не хватило? – спрашиваю, прижимаясь достоинством к ее щелке.

– Мне никогда тебя не хватит… – стонет Тесса и, хватая меня за член, направляет в себя.

Я медленно вхожу и с наслаждением вижу, как она закатывает глаза. Грудью она прижимается ко мне, бедрами обхватывает за талию.

– Еще, – умоляет Тесса, и я подчиняюсь, начинаю засаживать ей. Одной рукой она ерошит мне волосы, ногтями другой впивается в спину.

Долго я не продержусь.

Тесса еще плотнее сжимает бедра, и мы вместе достигаем пика, оба таем и растекаемся по кровати. Обессиленно падаю на нее.

Отдышавшись, смотрю на Тессу: ее серо-голубые глаза закрыты, губы слегка разошлись; она так же прекрасна, как в день, когда я ее только встретил.

Я почти не помню, каким был тогда, но каждая деталь наших жизней складывается в моей душе в песню.

Эта упрямая женщина не желает узаконить наши с ней отношения, однако все равно она мне жена, во всех смыслах слова.

Не терпится принести в этот мир еще одну жизнь. Хотя всякий раз мне немножечко страшно.

Ответственность за воспитание достойных людей лежит на мне тяжким бременем, половину которого берет на себя Тесса. Она же говорит, что мы прекрасные родители. Я не похож на своего папашу, весь в себя. Да, дров наломал; тем не менее наказание отбыл и прощение получил.