Доброта наказуема

Но сколько бы это тянулось? Месяц, два? А потом?

– Слушай, чего ты хочешь? А? Ну хочешь, уедем куда-нибудь… Вдвоем. Хер с ним, со всем. Бабло есть, Мальдивы ждут…

Влад говорил тихо, руки его ласково блуждали по ее телу, уже привычными движениями даря спокойствие. Но Лида знала, что это временное чувство.

– Хочешь, чтоб я ушел? Совсем? Хочешь одна? Тебе так легче будет?

Лида, не веря в то, что она это реально делает, кивнула.

– Хочу.

– Хочешь?..

Если бы она не знала Влада, то подумала бы, что у него дрогнул голос.

А затем он сжал губы, встал. Отвернулся.

– Хорошо. Я уйду сейчас. И не приду, пока не попросишь. И приставать больше не буду. Обещаю. Ты можешь звонить, когда захочешь, если что-то надо будет. Потом поговорим.

Он развернулся и вышел из дома. Не оглядываясь.

Лида неверяще смотрела на дверь, прислушиваясь к заурчавшему на улице мотору.

Уехал. Он уехал. Боже мой! Надолго ли?

Она встала, подошла к окну. Машины не было.

Она подошла к двери, заперла ее на два замка. Постояла, не зная, что делать дальше.

И, внезапно почувствовав дикий голод, отправилась на кухню. Малыш внутри требовал свое.

Как ни удивлялась затем Лида, Влад сдержал слово.

Первую неделю она тревожно вздрагивала каждый раз, когда слышала шум проезжающей машины. Все ждала, когда дверь откроется, и в проеме появится массивная фигура Влада.

Но ничего не происходило. Ни на следующей неделе, ни через месяц.

На карту Лиды поступали серьезные суммы, которые она могла тратить, как ей вздумается. Раз в несколько дней знакомые страхолюдные мужики приносили полные пакеты продуктов.

Заезжала Анна Сергеевна.

Влада не было. Он держал слово.

И постепенно Лида успокоилась. Перестала вздрагивать по ночам, перестала ожидать чего-то плохого.

Ходила на учебу, устроилась на практику в клинику к Анне Сергеевне. Животик рос, малыш начал активно толкаться, и Лида радовалась, осваивая по вечерам искусство вязания пинеток.

Перед вторым узи она долго думала, позвонить ли Владу. Захочет ли он сходить с ней, посмотреть на малыша. Может, он уже и думать забыл про нее? Может, не стоит ворошить, а то мало ли, решит, что она соскучилась(а она не соскучилась совсем, нет), и предпримет какие-нибудь решительные действия? Или просто опять вернется к старому?

Но все-таки позвонила. Влад взял трубку сразу.