До тебя

Тусклый, жалкий свет луны сочился сквозь кроны деревьев, но видимость была почти нулевой.

– Джаред, перестань. Включи фары! – произнесла Тэйт срывающимся голосом. Она была напугана. Я не смотрел на нее, но все же видел, как она уперлась рукой в приборную панель, приготовившись к столкновению.

– Джаред, останови машину сейчас же! – взмолилась она. Эти нотки в ее голосе были мне ненавистны. – Пожалуйста!

– Зачем? Разве это не весело? – язвительно отозвался я, и без того зная ответ. – Знаешь, сколько визжащих идиоток сидело на твоем месте? Им понравилось.

А ты другая.

– Останови! Машину! – заорала Тэйт.

– Знаешь, почему тебе это не нравится? – Я повернул голову в ее сторону, продолжая бросать быстрые взгляды на невидимую дорогу. – Потому что ты не такая, как они, Тэйт. Никогда не была такой. Почему, думаешь, я никого к тебе не подпускал?

Я тут же захлопнул рот, тихо простонав.

Какого хрена я это сказал?

У нее округлились глаза, а потом сузились, как две пули.

Ну вот, сейчас что-то будет.

– Останови чертову машину! – завопила Тэйт и начала бить себя кулаками по бедрам, а потом ударила меня по руке.

Я вздрогнул и резко вдавил педаль тормоза, стиснув зубы при мысли о покрышках стоимостью в сотни долларов, которые я только что оставил на шоссе.

«Босс» с визгом остановился, слегка покачиваясь из стороны в сторону – я работал рулем, чтобы мы не вылетели в придорожные кусты.

Проклятье.

Я поставил коробку на нейтралку, поднял «ручник» и заглушил движок.

Тэйт распахнула дверь и выскочила из машины. Я сделал то же самое, готовый пойти следом за ней, если ей в голову придет блестящая мысль отправиться домой пешком.

Но она не побежала.

У Тэйт был такой вид, словно она готова меня ударить. Она испепеляла меня взглядом, полным ненависти.

– Сядь обратно, – прорычал я, не дав ей шанса заговорить первой.

Мы стояли посередине дороги, и в любой момент здесь могла проехать другая машина.

– Ты мог нас убить! – завопила Тэйт.

Я никогда бы не подверг тебя опасности.

Моя рубашка сползла с ее плеча, и показалась порванная бретелька майки.

Я ударил ладонью по крыше машины. В моей голове схлестнулись ярость и любовь.

– Сядь обратно в машину! – выкрикнул я.

– Почему? – спросила Тэйт тихим и надтреснутым голосом.

Она что, серьезно?

– Потому, что тебе нужно домой.

Это же очевидно.

– Нет. – Она покачала головой, давясь слезами и разбивая мне этим сердце.