Дневник ботаника по вызову

Усмехнувшись, Максимилиан не стал преследовать его сейчас, но твердо решил, что обязательно дожмет этого парня."

"Удача улыбнулась ему на следующий день, когда они с друзьями курили травку под трибунами, а на стадионе бегал курс младше. Так Макс и выяснил, на каком курсе учится парнишка. А когда их пара закончилась, ловко перехватил его и затащил под трибуны.

– Не передумал, ботаник? – он вжал стройное тело в балку.

– Ты слово ""нет"" понимаешь вообще? – возмутился Гидеон, выпутываясь из его рук. – Чего ты пристал ко мне? Вокруг полно девушек и парней, которые дадут тебе в любой позе, но я-то тебе зачем? Я не сплю с парнями! – выдохнул он.

– Не люблю слово ""нет"", – Макс белозубо улыбнулся. – Не ломайся ты! Ну сколько ты хочешь, триста фунтов, пятьсот? Даже элитные проститутки столько не получают. А я тебе предлагаю за один раз, – он умудрился схватить парня за ягодицу.

Деньги были настолько нереальные, что Гидеон расхохотался.

– Ты чудной. Пожертвуй их приюту, получи моральное удовлетворение и успокойся уже, – велел он.

 – Я сказал, что трахаться с тобой не буду, даже за тысячу фунтов.

– Приютам достаточно жертвует моя горячо любимая маман, а я хочу получить не моральное, а физическое удовлетворение, – честно ответил Максимилиан. Трахнуть этого недотрогу стало для него делом принципа. – Уверен, что даже за тысячу не согласишься?

– Уверен. Отстань от меня, а то скоро и над тобой смеяться начнут, – ответил ему Гидеон, пытаясь пройти наружу из-под трибун.

– Это вряд ли, – Максимилиан отпустил его, закурил и повернулся к друзьям.

Конечно, им было интересно, на кой черт ему сдался этот нищеброд, Но Макс уклончиво ответил, что тот ему просто должен кое-что.

Неделю Гидеона больше тот тип не доставал. Он уже было совсем успокоился, и вернулся в свой обычный безумный ритм учебы и работы, из закусочной бежал сидеть с детьми, там же делал домашку, с утра пораньше выгуливал собак. И вот в пятницу с утра все не заладилось. С собаками он провозился дольше обычного и в универ откровенно опаздывал.

Он крутил педали велосипеда как бешеный, ведь с утра был важный семинар. И он не учел, что за ночь подморозило, и он на лысой велосипедной резине просто не вписался в поворот, рухнул боком и впечатал велосипед в припаркованный автомобиль. Обе фары были вдребезги, не считая вмятины. Ошалев, Гидеон валялся и не замечал расквашенного носа и губ, содранных рук и ушибов. Он мысленно молился, чтобы машина была застрахована.