Длинный

Новоявленные родственники появлением сиротки, сопровождающие воспитатели нехилой денежной премией, в качестве благодарности за доставку, а дирекция приюта отчисленными ей процентами, с той самой премии.

Но однажды все произошло совсем не так, как этого ожидали.

К сиротскому приюту имени святой Марии Магдалены, расположенному в небольшом городке, Гробищен, что находится неподалеку от Софии подъехал роскошный Rolls-Royce Silver с дипломатическими номерами и установленными на капоте флажками Швейцарской Конфедерации.

Одно его появление в этом городке и то уже большое событие, которое будет обсуждаться долгие месяцы. А то, что у них возник интерес к кому-то из воспитанников приюта, новость, пожалуй, сродни Великому потопу, или как минимум приезду Римского Папы. Хотя последнему вряд ли интересна местная православная церковь или какой-то там приют, пусть даже носящий имя святой великомученицы.

Как оказалось, представители Швейцарской Конфедерации, разыскивали одного из воспитанников приюта.

А именно Алексея Михайловича Сабурова. Уроженца города Ростова-на-Дону, Родившегося в 12 марта 1910 года. Весть о том, что у последнего обнаружились родственники, ради которых встало на уши консульство не самой бедной Европейской державы, готовые забрать его к себе, возбудила не только правление Русского Православного Приюта, но и некоторых других представителей Русской эмиграции. Еще бы. Одно то, что за его поиски взялась не какая-то там частная организация, или какой-то агент, а целое дипломатическое представительство, сулило такие дивиденды, что слюни у многих свисали ниже пояса. С одно взгляда было понятно, что человек, сумевший организовать такое, по меньшей мере очень богат и знатен. И баталии разыгрывающиеся за право сопровождения мальчика были таким, что пожалуй даже переворот 1917 года, нервно курил в сторонке глядя на развернувшиеся события.

И за право сопровождать воспитанника до места назначения разыгралась такая борьба, что трудно было бы представить ее последствия, если бы не одно, но.

Уже на следующий день, руководству Русской эмиграции было доставлено повеление Бориса III — царя Болгарии о том, что любое препятствие в отношении Алексея Сабурова будет расцениваться как бунт, со всеми вытекающими отсюда выводами и последствиями. И представителям эмиграции, пришлось уступить требованиям, из-за боязни потерять все, в надежде выгадать, что-то от сопровождения и передачи ребенка будущим опекунам.