Дитя греха

Мы жили на мое пособие матери-одиночки!

— Это правда?

— Черт возьми, конечно, правда! Он обанкротился, когда «Мондер марин лимитед» наложила запрет на выкуп закладной — по твоей милости! У него ничего не осталось. Все пошло с молотка, даже дом.

— Так отец жил с тобой?

— Нет, в Букингемском дворце!

Алексис пропустил колкость мимо ушей.

— Я не знал.

Райанна замолчала. На нее нахлынули мучительные воспоминания.

К ее облегчению, двери столовой распахнулись, и на пороге появился Ставрос с подносом в руках. Пока он сервировал стол, Райанна немного пришла в себя и поняла, что проголодалась.

Они приступили к ужину. Нежный куриный суп, приправленный лимонным соком, просто таял во рту, как и зажаренная на гриле рыба с гарниром из ароматных трав.

Они ужинали молча, и Райанна была только рада этому.

Алексис сидел напротив нее, и она то и дело невольно на него поглядывала.

Черные как смоль волосы, благородные черты лица, прямой нос, длинные ресницы и… о, эти глаза с золотистыми крапинками…

Разве возможно устоять перед таким красавцем? Пять долгих лет Райанна корила себя за постыдную слабость… за то, что упала в его объятия, забыв гордость и стыд.

Что ж, теперь-то я свободна от него. Нетрудно понять, что испытывает Алексис, глядя на меня.

Отвращение.

Этим чувством переполнен его взгляд.

Алексис угрюмо уставился в свою тарелку.

Выходит, компания «Дэвьюс яхт дизайн» была на грани разорения, когда Райанна Дэвьюс обратилась к нему… но у него не сложилось впечатления, что они так отчаянно нуждаются в инвестициях.

"Но если «Мондер марин лимитед» была готова купить «Дэвьюс яхт дизайн», значит, эта компания имела потенциал — как и утверждала Райанна. Если бы не стандартная политика замораживать инвестиции любой новой компании, приобретенной «Петракис интернэшнл», «Мондер марин лимитед», вероятно, выкупила бы закладную.

— А почему твой отец не предпринял другой попытки… или дела обстояли хуже, чем ты говорила?

— Потому что у него случился еще один инфаркт после того, как я… после того, как ты…

Райанна замолчала.

Алексис отложил в сторону вилку и нож.

— Как — еще один?

— У него был сердечный приступ за три дня до этого.

— Твой отец только что перенес сердечный приступ, когда ты подошла ко мне на том ужине?

— Да.