После развода. Срока давности нет

***

Все это время Марина общалась с сыном. Владимир теперь часто заглядывал в «Ангар», почти каждый день. Виделся там с Никитой и обязательно заходил к ней. Рассказывал о положении в фирме, что делал.

Даши там не было, она уехала почти сразу, вернуться должна была только к свадьбе. Судя по всему, Вовке так и не удалось с ней переговорить. Марина не спрашивала сына, но вид у него был довольно подавленный и помрачневший. И вместе с тем, в нем ощущалась странная решимость, как будто он ждал чего-то. Или готовился.

А пару дней назад Владимир обмолвился, что к нему приходил отец.

Значит, Богдан приехал?

Марина не то чтобы насторожилась, но да. Пусть это уже в прошлом, а все равно ей было неприятно слышать. Осадок остался от их с Богданом последней встречи. Дмитрий ругался матом сквозь зубы, в конце концов, сказал:

- Успокойся, я не подпущу его к тебе близко.

Она, конечно, вздохнула с облегчением, потому что, честно, совсем не хотелось после всего бывшего мужа видеть.

Потом в суете это все забылось.

И незаметно (то есть как раз наоборот внезапно) подошел день свадьбы. Платье Марине доставили накануне вечером, а с утра начался сумасшедший дом.

Марина хотела, чтобы ее забирали из ее квартиры. Потому что негоже, когда невесту забирают из дома жениха. Ладно, без вопросов. В конце концов, оцепили весь район. Но Дмитрия к ней, естественно, не пускали. Он томился снаружи, нервничал, как пацан.

Как это говорят: о бедном гусаре замолвите слово?

То есть, о счастливом женихе."

"Да кто вообще тут про жениха помнил? Сейчас все крутилось вокруг его женщины.

Он ведь уже очень много лет просто существовал по инерции. Окаменело все в душе, засохло. Осталась только та часть, что отвечала за бизнес. Сейчас он снова ощущал себя живым.

Ох, какое это замечательное чувство – просто жить.

И дышится иначе, и чувствуешь, как тебя переполняют сила и дурь. Так что хочется влезть к любимой женщине в окно с букетом в зубах, и ну его все нахрен. Он даже поглядывал вверх и прикидывал, как ловчее взобраться по кронштейнам для кондиционеров. А на улице дождичек крепчал, апрель месяц все-таки.

Но вот ему наконец дали добро. Можно заходить.