Девы

Раньше она обожала этого красивого, умного, харизматичного человека. Почитала его и боготворила. И лишь спустя годы сумела понять, что он был совсем не таким, каким она его видела.

Прозрение пришло, когда Мариане было уже за двадцать. Она закончила Кембриджский университет, переехала в Лондон и там поступила на педагогические курсы. Тогда же обратилась к Рут за психологической помощью. Предполагалось, что они будут обсуждать раннюю потерю матери, однако на деле беседы касались отца. Почему-то Мариана при каждой встрече старалась доказать Рут, какой ее отец замечательный, умный, работящий; скольким он пожертвовал ради того, чтобы в одиночку воспитать двух дочерей, и как сильно ее любит.

Рут месяцами безропотно выслушивала эти излияния… а однажды вдруг прервала их. Ее слова стали для Марианы откровением.

Прямо и открыто, хотя и очень мягко, Рут объявила, что Мариана отрицает очевидное, отказываясь воспринимать отца таким, какой он есть. После всех Марианиных рассказов она усомнилась, что этого человека можно считать любящим отцом.

— Любят не за что-то, а просто так, — объясняла Рут. — Не нужно лезть вон из кожи, тщетно пытаясь заслужить любовь. К тому же нельзя одновременно любить кого-то и бояться. Понимаю, Мариана, тебе тяжело это слышать. Но необходимо вырваться из заблуждений и взглянуть на вещи трезво, иначе твое отношение к отцу так и будет влиять на тебя до конца жизни, сказываясь на твоем восприятии себя и других.

Мариана покачала головой.

— Вы ошибаетесь. Конечно, у него трудный характер. Но отец все равно любит меня, а я — его.

— Нет, — твердо возразила Рут. — В лучшем случае это можно назвать желанием быть любимой. А в худшем — патологической зависимостью от самовлюбленного эгоиста. То, что ты испытываешь к отцу, — смесь благодарности, страха, общепринятых представлений об отношении к родителям и чувства долга.

Мариане и впрямь было тяжело это слышать, а уж принять — и подавно. Она встала и вышла, мысленно поклявшись никогда не возвращаться к Рут. Ее душили злые слезы.

Однако на улице что-то заставило Мариану остановиться. Она вдруг вспомнила о Себастьяне и о том, как неловко чувствует себя каждый раз, когда тот делает ей комплименты.