Девственница

Увидела, как привязываю к крюку веревку, завизжала и выдала всю историю подчистую. Верещала как свинья перед бойней.

«Прости, прости меня ради Аллаха!», — орала как безумная, падала на колени, хватала за ноги, ползая по холодной плитке подвала, куда я притащил ее. До сих пор продолжает повторять эти слова, от которых ярость накрывает меня лишь сильнее:

— Прости, Тагир… Умоляю… Прости-и, — в ее голосе звучит мука, но не рождает во мне ни капли сочувствия.

— Зачем тебе мое прощение? О чем ты думала, когда совершала все это? Пошла на сговор с чужаком…

— Он сказал, что Вилена его бывшая… Что денег ему должна много.

— А ты поверила, да? Сука, ты думаешь я идиот?

— Я была рада поверить, да, ты прав! Я ревновала тебя, искала причины, чтобы увидеть, что ты ошибся! Я хотела вернуть тебя, потому что люблю, всегда любила! — выкрикивает бывшая невеста.

— Думаешь, тебя это спасет? Ты не только Вилену подставила. Из-за тебя дочь Далхана до сих пор без сознания. Брат от ярости с ума сошел, в одиночку за уродами бросился.

Кивком показываю на веревку. Тамила становится белее полотна. Трясется мелкой дрожью. Во мне нет ни капли жалости к ней. Огромное желание увидеть ее мертвой — вот все, что я к ней чувствую.

— Хватит, Тагир. Ты прав, пусть с ней Далхан разберется. За ребенка ей придется ответить, — снова вмешивается Заур.

— Но не за мою женщину? — рычу яростно.

— Твою женщину мы вернем, как только будем знать точный адрес.

— Только это может стать твоим спасением, тварь, — еще раз с отвращением смотрю на Тамилу."

"Тамила рассказала все, вывалила передо мной свое омерзительное нутро. Как ревновала, злилась. Как в кафе в городе к ней подсел обаятельный мужчина и завел разговор про Вилену. Предложил план, за помощь в реализации которого пообещал заплатить щедро. Но Тамила не думала о деньгах. Ее подкупила возможность избавиться от соперницы.

Беременность! Моя девочка беременна. Не могу в это поверить. То, что я узнал об этом вот так, когда она в лапах черти кого, сводит с ума. Каждую секунду острый, ядовитый страх разъедает внутренности. С ней ничего не должно случиться, иначе мне не жить.