Девственница

Что все это значит? Зачем он приходил? Но самое ужасное, я уже и думать не могу про сон. Мое тело горит огнем. Оно приготовилось к ласкам, к прикосновениям и теперь ноет от неудовлетворенности. Прикладываю пальцы к щеке, к месту, куда он меня поцеловал.

Ложусь в постель, понимая, что не усну. Закрыв глаза, начинаю молиться о том, чтобы нашлось какое-нибудь решение моих проблем. Потому что дальше жить в таком подвешенном состоянии невозможно. Не хочу быть собачонкой, бегающей за Валиевым, вымаливающей крохи внимания.

Было ощущение что эта ночь никогда не кончится. Мне было холодно и одиноко — так одиноко, как никогда в жизни. Наконец я задремала и проснулась от ощущения что мое лицо заливает солнечный свет. Спасаясь от проникших в спальню лучей, глубже зарываюсь в одеяло, крепче сжимаю веки и облегченно вздыхаю, довольная теплом своей постели."

"Ко мне в кровать забирается сонная Настя, прижимаю к себе ее теплое тельце, чувствуя невероятное счастье в эту минуту.

Хорошо, что я не одна, иначе, наверное, с ума бы сошла. Но рядом Настя, я должна быть ей опорой. И Варвара очень помогает. Уже хлопочет на нашей маленькой кухоньке. Совгат приносит завтрак, свежую выпечку, источающую невероятный аромат.

— Тут у них похоже даже своя мельница. Все свое, и пшеница, и мука, — говорит Варвара. — Красивые места.

— Да, ты права, наверное.

— Пора на прогулку, верно, Настенька? — улыбается Варвара девочке.

Поворачиваю голову, чувствуя, что кто-то на нас смотрит. Девочка лет семи. Очень миленькая, смуглая, темноволосая. Чем-то ее черты напоминают мне Валиева. Вздрагиваю. Боже, у него есть дочь? Может и жена есть? Голова начинает кружиться от этих мыслей. Но я беру себя в руки и улыбаюсь девочке.

— Привет. Как тебя зовут?

Скорее всего она не знает русский.

— Я, — кладу руку себе на грудь, — Вилена. А ты?

— Меня зовут Нурпат, — говорит на чистом русском языке девочка. — Очень приятно с вами познакомиться. Вы идете гулять? Я с радостью покажу вам окрестности. Вы гости дяди Тагира. Добро пожаловать…

— Спасибо, милая, — говорит Варвара, видимо догадавшись, что у меня пропал дар речи. А еще огромное облегчение — девочка назвала Валиева дядей.