Девочка в подарок

– Ты только не сильно зверствуй, ага?

– Не поздно ли ты спохватился?

Девочка. Надо же… Такая красивая, и девочка? Даже не верится. Хотя если задуматься, этот факт вполне объясняется ее придурью.

Мужики уходят, тихонько о чем-то переговариваясь. Девица зябко обхватывает плечи, хотя в апартаментах довольно тепло. В очаге посреди комнаты уютно потрескивает огонь, видно, разожгли для большей романтики. Нет, конечно, от этой троицы можно было ожидать чего угодно, но это… Что ему теперь с нею делать? Нянчиться? Стоит, вон, вся напряженная, будто у нее кол в заднице.

А ведь он ту даже не трогал.

Дебильный день. Дебильная ситуация. Брага проводит пятерней по макушке и выходит обратно в холл.

– Ты тоже давай. С вещами на выход…

– Как? Почему?! – девица срывается с места. Немного путаясь в ногах, подбегает к нему. Окутывает теплом и нежным, по-зимнему насыщенным ароматом.

– Считай, ты мне не по вкусу.

– Глупости! – убежденно заявляет девица.

Такая самоуверенность даже забавна. Брагин притормаживает. Вскидывает темную бровь.

– Уверена?

– Н-не знаю… В природе обычно внешность самки не имеет никакого значения. А вот самцу приходится принарядиться, чтобы произвести на самочку впечатление. Видели, какой хвост у павлина? И он ведь с таким по джунглям бегает, привлекая внимание хищников. То есть, выбирая между безопасностью и возможностью продолжить род, он предпочитает последнее. Или, допустим, лев…

– Ты вообще затыкаешься?

– Вы же сами спросили! – дует губы.

А те у нее красивые. Такие… четко очерченные. Нижняя чуть пухлей верхней, изогнутой луком. Арсений зависает. И реагирует, чего уж. Он в последнее время только с работой трахался, а тут…

– Ага. Спросил. Давай, топай…

– Не могу!

– Почему это? Ноги тебя, конечно, держат слабо, но пока, вроде, носят.

– Если вы меня выгоните, я не получу оговоренное вознаграждение!

А, ну да. Она ж здесь не бесплатно.

Брага хмыкает. Тепло, оставшееся внутри после их разговора, вытесняет привычный холодок отчуждения…

– И сколько нынче за девственность дают? – спрашивает он, возвращаясь в гостиную. Достает графин, бокал. Плещет себе выпить.

– Достаточно! – краснеет. – Так мы будем что-нибудь… Как-нибудь… эм… Мы совокупимся?

Господи Иисусе.

– Если у меня не отсохнет от выбранной тобой терминологии! – Рявкает Брага. – Раздевайся.