Девочка. Книга вторая

Может быть, этот пожилой служитель Будды очистил мое прошлое, мою карму, и с этого дня все в моей жизни пойдет по-другому?

Глава 25

Пока мы поднимались, по обе стороны от извилистых ступенек я увидела ряд колокольчиков, к которым были подвешены металлические листики, такие же как те, что мы приобрели внизу. Я подошла и повесила свое желание на один из пустующих колокольчиков, поцеловав его на прощание.

— Да, старайтесь не поворачиваться спиной к Будде, — сказал Лат, остановившись, наблюдая мой ритуал, — это нехорошо.

Мы кивнули и продолжили свой подъем. Наконец мы вышли на смотровую площадку, и у меня закружилась голова от панорамного вида всего Пхукета, лежавшего перед нами, как на ладони, а когда я подняла голову, перехватило дыхание от вида мраморного изваяния великого Будды.

— Эта статуя посвящена нашему Королю, Его Величеству Адульядету Пхумипхону, — с гордостью в голосе произнес Лат, и мы застыли, рассматривая доброе и мудрое лицо, погруженное в нирвану и запечатленное в мраморе.

Пройдя немного влево, мы увидели еще одно изваяние Будды — оно было покрыто позолотой и меньшим по размеру, но не уступало по красоте и величественности.

— Эта бронзовая статуя Будды построена в честь Её Величества Королевы Сирикит, — с не меньшей гордостью сказал Лат, поклонившись статуе в почтительном вае.

— Красивая, — отметила я, рассматривая яркое изваяние Будды, сидящего в позе Лотоса на кольцах змеи.

— Сорок футов, — согласился он, кивая.

— Лат, почему голова Будды покрыта такой своеобразной короной, словно из шариков, или это кудри? — рассматривала Эльза сверкающее изваяние, приставив ладонь ко лбу от яркого света.

— Это не корона, — мягко улыбнулся Лат, — это улитки.

— Улитки? — переспросила она удивленно.

— Согласно легенде, Шакьямуни Гаутама Будда с обритой головой молился на солнце, и тогда восемьсот тридцать улиток собрались, чтобы прикрыть своего господина от палящих лучей, дабы не нарушать его медитации.

— Красивая легенда, — улыбнулась Эльза, и мы вместе с ней попытались посчитать улиток на бронзовой голове.

Внезапно меня за руку взяла Нари и повела в сторону, где я увидела огромный черный гонг с выпуклой золотой сердцевиной.

— Потрите середину, — сказала она и начала вращать ладошкой по часовой стрелке, иллюстрируя свои слова.

Пока я поглаживала теплую бронзовую поверхность, Нари нагнулась над гонгом, словно что-то пытаясь там расслышать. Неожиданно она улыбнулась, и ее глаза засверкали от радости.