Девочка. Книга вторая

— Не выключай свет, — попросила я, уже привыкшая спать с освещением.

Макс на это ничего не ответил, но свет оставил включенным и прошел к креслу, где я оставила свою одежду. Сняв кобуру с ремня моих джинсов, он приблизился к кровати и протянул Глок.

— Спасибо, — поблагодарила я, забирая оружие: — А ты где будешь спать?"

"— Мне нужно поработать. Я буду в кабинете. Если тебе что-нибудь понадобится, зови. Я оставлю дверь приоткрытой.

Кивнув, я опустила голову на подушку, а Макс, на секунду задержал взгляд на моих ладонях, сжимающих Глок, и молча направился к выходу.

Я закрыла глаза и попыталась заснуть, но сон не шел. То ли потому, что это была чужая кровать, то ли я еще не отошла от тренировки, но бессонница вместе с болью в низу живота не хотели проходить. Я проворочалась еще с полчаса и, не выдержав, села на кровати — нет, здесь я не усну, все же надо попросить Макса отпустить меня домой. Тихо встав, я на цыпочках прошла к двери и заглянула в щель.

Макс сидел в своем космическом кресле и работал на сенсорной клавиатуре.

Так как сейчас на нем была спортивная майка без рукавов, я могла разглядеть татуировку на его левом плече, которая представляла собой красивый остроконечный орнамент, уходивший вглубь под майку. Четкие линии этого сложного рисунка, сплетаясь в едином гармоничном узоре, сверкали заостренными концами, похожими на отточенные изогнутые лезвия. Я склонила голову на бок и присмотрелась: определенно в этом сюжете была скрыта угроза и холодная агрессия. Как арабеск на дамасском клинке: красив, изыскан и смертельно опасен.

Внезапно Макс, будто почувствовав мое присутствие, резко обернулся и посмотрел на меня.

— Ты почему не спишь? — спросил он, и мне ничего не оставалось, как выйти в кабинет.

— Не спится, — немного смутилась я под его пристальным взглядом. — Может быть я пойду к себе? Мне уже…

— Иди спать, — спокойно произнес он, бросив взгляд на мою тощую фигурку в своей футболке и шортах.

— Я не хочу спать, я хочу домой, — настаивала я на своем.

— Тебе колыбельную спеть? — пошутил он, а я рассердилась — опять меня воспринимали, как Малька.

— Спой, — недовольно согласилась я, ожидая, что он сейчас сошлется на занятость, а я тогда в ответ задам ему еще массу ненужных вопросов, мешая ему работать. Он рассердится и все-таки отправит меня домой.

План казался безупречным.

Как и ожидалось, он удивленно приподнял бровь, а я, увидев нужную реакцию, придумывала на ходу тысячу и один вопрос.