Девочка Лютого (СИ)

 — Я никогда не была ничьей содержанкой! Мой первый поцелуй достался тебе, идиот дубовый! Я просто живу в квартире своей подруги-одноклассницы и приглядываю за ее рыбками, пока она в отъезде! Понимаешь ты это, дубина стоеросовая!

— А что я должен был подумать, — взревел Макс, — когда увидел, как ты въезжаешь в элитный дом в квартиру Никитина, где до тебя жила другая молодая и горячая телочка?

Охренеть! То есть, то что квартира может сдаваться, или что я родственница Никитина, ему в голову просто не пришло, видимо, в виду скудости ума, и за это меня наградили клеймом шлюхи?

— Эта телочка — его дочь!

Лютаев стискивает зубы.

— Что? Не веришь? А ты проверь! Давай! Подними свои связи! Фото Полины Никитиной найти раз плюнуть! Она до сих пор член жюри конкурсов бальных танцев!

— Я видел, как Никитин тебя лапал! — рычит Лютаев.

Сдуваюсь и машу на все рукой.

Я устала.

— Ты безнадежен. В принципе, у меня не было цели тебе что-то доказать. А свои выводы я сделала.

— И какие же ты выводы сделала, Карина?

Он медленно двигается в мою сторону.

Даже и не думаю отступать, когда он нависает надо мной.

— Ты лжец и мерзавец! — говорю ему это в лицо, пусть мне и приходится для этого встать на цыпочки.

— Я тебе не врал!

— Ты просто не говорил мне правды! Это одно и то же! Ты воспользовался моим страхом! Ты хоть представляешь, как мне было страшно? И за себя, и за маму? Но ты решил меня унизить…

— Нет.

— Ты еще скажи, что я неправильно поняла, и таким способом ты не показывал мне мое место! Как там? Соска того хмыря? То есть отлизывать соске нормально, а по-человечески отнестись нет?

Макс буравит меня взглядом и ничего не отвечает.

Да с кем я говорю!

— Я на самом деле благодарна вам с Олегом, что вы не оставили меня тогда на парковке. Благодарна за помощь, когда меня подкараулили у подъезда. И на этом нас стоит прекратить всякое общение.

— А как же наша сделка?

Я вижу, как он злится.

— Она потеряла всякую силу. Я разговаривала с Денисом, у меня на многое открылись глаза.

Молчит.

Ясно.

— И когда? — тыкаю пальцем ему в грудь. — Когда? Сегодня? Вчера вечером? Вчера утром?

— Вчера утром.

Размахиваюсь, чтобы залепить ему пощечину, но он перехватывает мою руку, заводит ее мне за спину и прижимает к себе.

— Чего ты от меня хочешь, Карина? Чтобы я извинился? Этого не будет.

— Я ничего не хочу. Особенно тебя видеть! Отпусти меня!

— Нет. Тебе надо успокоиться, мне надо подумать.