Девочка из прошлого

Грудная клетка ходит ходуном. Зажмуриваюсь, считаю до десяти туда и обратно. Кровь в венах кипит так, что в ушах нарастает гул.

Да пошло оно все к черту! Решительно встаю. Беру сумку и запихиваю наши вещи.

Чтобы двигаться вперед нам нужно домой. Я чувствую Сашино желание. Но зайти дальше здесь? Нет… Ей должно быть полностью комфортно.

— Принцесса, — стучу в дверь. — Я буду внизу. Собирайся, мы уезжаем.

Глава 45.

Саша."

"Просыпаюсь обновленная. Камень, который давил все время, раскололся. Со слезами, словами, криком вчера выходила боль.

Я физически ощущала, как она рвет горло и грудь. Пусть. Эта боль не так страшна, я знаю, что она пройдет.

Руки Давида крепко держали, передавая силу и поддержку. Не помню, кто кого первый поцеловал. Отрывками вообще помню, что было. Но мужские слезы на своих губах не забуду никогда... Как ни странно, именно они дали толчок к освобождению, словно потушили огонь отчаяния в душе.

Помню, как яростно сжимала плечи мужчины. Как сама целовала. Это был какой-то неконтролируемый взрыв.

Как и то, что я разрешила себя раздеть, стояла с ним в душе... Боже, да у меня настолько снесло крышу, что я просила его... меня...

Как же стыдно...

Только все эти мысли приходят в голову много позже. Когда я красная стою под прохладной водой и кусаю губы. Мало того, что вчера чуть не натворила, так сегодня сама — сама! — просила поцеловать... лежа под одеялом без всего.

И, честно признаться, ведь не это же самое страшное. Страшнее признаться себе, что я хотела долгого поцелуя, хотела прикосновений, признаний хриплым шепотом.

.. Не знаю, как далеко готова была бы зайти. Не знаю. Тяжело бороться с самой собой.

Давид стучит в дверь, что будет ждать внизу, потому что мы уезжаем. Я рада. Правда, рада. Этот дом и вся атмосфера давят. Но я очень беспокоюсь за своего мужчину: судя по теням под глазами, он или не спал, или плохо спал. А еще я успела заметить раны на его руках. Где—то подрался ночью?!

Размышляя об этом, покидаю ванную комнату. На кровати лежат приготовленные вещи: джинсы, майка, бадлон и даже носки.

Хмыкаю тому, что деликатный Давид оставил майку—топ вместо бюстика. Чтобы не смущать. Какой он все—таки...

Ни на какие доводы, что уставшему не стоит садиться за руль, не действуют. И Игорь ведь не едет обратно. Его большая любовь приехала поддержать и он никого не видит и не слышит. Но это даже и хорошо. То, в каком стрессе он находился... на человека не был похож.

К счастью, с нами решает ехать Артур.