Пятьдесят оттенков серого

— Позже, — бросает он, и я вынуждена уйти со сцены, чтобы не задерживать очередь выпускников.

Церемония продолжается еще час. Похоже, она никогда не закончится. Наконец под громкие аплодисменты ректор выводит на сцену весь преподавательский состав, впереди идут Кристиан и Кейт. Кристиан не смотрит на меня, хотя я очень этого хочу. Моя внутренняя богиня недовольна.

Я стою и жду, пока не разойдется наш ряд зрителей, когда меня окликает Кейт. Она направляется ко мне из-за сцены.

— Кристиан хочет с тобой поговорить! — кричит она.

Мои соседки, которые тоже встали, поворачиваются и изумленно смотрят на меня.

— Он послал меня за тобой, — продолжает Кейт.

Ох…

— Прекрасная речь, Кейт.

— Да, неплохо получилось. — Она сияет. — Так ты идешь? Он может быть весьма настойчивым.

Кейт закатывает глаза, и я улыбаюсь.

— Ты даже не представляешь, насколько… Я не могу надолго оставить Рэя.

Я нахожу взглядом Рэя и поднимаю руку, показывая, что задержусь на пять минут. Он согласно кивает, и я следую за Кейт в коридор за сценой.

— Прошу прощенья, джентльмены, — говорит он и направляется ко мне, одарив Кейт мимолетной улыбкой.

— Спасибо, — благодарит Кристиан и, прежде чем Кейт успевает ответить, берет меня за локоть и затаскивает в какую-то комнатушку, похоже, мужскую раздевалку.

Он осматривается и, удостоверившись, что кроме нас там никого нет, закрывает дверь на замок.

Вот черт, что у него на уме? Я мигаю, когда он поворачивается ко мне.

— Почему ты не ответила на мое письмо? Или на SMS-сообщение?

Он смотрит на меня свирепым взглядом. Я сконфужена и растеряна.

— Я сегодня не заглядывала ни в компьютер, ни в телефон.

Ни хрена себе, неужели он звонил? Я применяю технику отвлечения, которая отлично работает при общении с Кейт.

— Прекрасная речь.

— Спасибо.

— Теперь понятно, почему ты так зациклен на еде.

Кристиан проводит рукой по волосам и, похоже, сердится.

— Анастейша, я не хочу обсуждать это сейчас.

— Почему?

— Потому что ты уехала домой в этой развалюхе, которую называешь машиной.

— Развалюха? Она в отличном состоянии. Хосе регулярно ее осматривает и ремонтирует.

— Хосе? Тот фотограф? — Глаза Кристиана сужаются, лицо принимает ледяное выражение.

Вот дерьмо!

— Да, «Фольксваген» когда-то принадлежал его матери.

— Ага, а еще раньше бабушке и прабабушке. Эта машина небезопасна.