Девчуля для братвы (СИ)

Когда я попыталась и им сказать про полицию, убедить, что нужно куда-то писать, звонить, то услышала то же самое, что и от Оли.

У этого самого Таврова, наверное, очень богатые и влиятельные покровители. Никто, и даже полиция, с ним не связывается. Вот и весь сказ.

Наверное, раньше бы я в то же утро помчалась в Возогоры, и кричала под воротами Таврова, требуя немедленно выпустить Варю.

Но история с Вольфом все-таки кое-чему меня научила… Я знала, что делать. Это решение пришло ко мне сразу.

И лишь оно казалось единственно верным.

Первой утренней электричкой возвращаясь в город, я молилась только об одном.

Лишь бы он не улетел в свое Кимберли! Лишь бы оказался дома! Лишь бы только успеть…

Конечно, я могла позвонить ему. Но что-то внутри подсказывало — не нужно. Нужно встретиться с ним лично. Только тогда есть шанс.

Если успею, конечно…

Круглый лифт с прозрачными стеклянными стенками вознес меня на вершину самой высокой башни «Огней Манхэттена».

Я молилась. Понимала — это мой единственный шанс.

Если кто и способен помочь мне, то только он. Лишь он один.

Успела.

Дверь распахнул сам.

Судя по тому, что прямо около порога стоял лаконичный черный чемодан, успела в последние минуты…

— Что тебе нужно? — ровным голосом поинтересовался, даже не посторонившись, чтобы впустить меня в квартиру.

Я протиснулась сама. Прежняя Ульяна такого бы ни за что не сделала.

Новая — да. Внутри она дрожала, но внешне ничем этого не выдала. Ничем не показала.

Скинув шубу, я осталась в одном пламенеющем алом платье с откровенным вырезом.

— Говори, что хотела, и проваливай, — холодно проговорил он, взглянув на наручные часы. — У тебя ровно три минуты.

Господи боже, могла ли я подумать, что все повернется таким образом?

Что моя собственная история отразится, как в кривом зеркале. И перенесётся на Варю. Ведь я вышла из этого целая и невредимая. И даже… нетронутая…

Нетронутая?

Лучше бы тронул…

Вольф не смотрел на меня, всем своим видом показывая, насколько я ему безразлична.

А я… Я медленно взялась за пуговички на платье и стала их расстегивать — одну за другой. Странно, с моей-то неловкостью даже не запнулась ни разу. Получилось красиво и плавно, как в фильмах.

Алый кусок шелковистой материи упал к моим ногам. Я перешагнула его — о, чудо! — даже не споткнувшись, и подошла к нему.

На мне не было ничего, кроме фривольного красного кружевного белья.