Дети белой богини

Так?

- А почему вы спрашиваете?

- Ты не боишься, что тебя обвинят в убийстве Маши?

- Меня? - искренне удивился Павел.

- Ты ходил к ней по вечерам.

- Это и было-то всего один раз. Когда Веро­ника вернулась в город. Маша сама мне позво­нила.

- Постой... Значит, в тот вечер Маша расска­зала тебе, как у Германа Горанина встретилась с Вероникой! Так? Я ведь знаю, что ты даже предложение ей делал. Но она всерьез увлечена Гораниным.

- Ненавижу его! - скрипнул зубами Павел. - Если бы она была ему нужна, я бы понял. Но он же со всеми женщинами.

.. У него их столько было! А она такая хорошая, чистая. Просто никто не знает, какая она. А красится так ярко и одевается просто назло.

- Назло кому?

- Да всем! Что бы она ни делала, ее все равно I будут ненавидеть. За мать, за отца, за Долину Бед­ных.

- Ты знаешь, что они любовники? Горанин и Вероника.

- Так весь город об этом говорит, - пожал пле­чами Павел.

- А о Германе Маша тебе рассказывала?

- Ну, в общем, - замялся Павел, - кое-что.

- Между ними что-то было?

- Между кем?

- Между Германом и Машей?

- По-моему, они были просто друзьями.

Но дружба какая-то странная. Маша всегда называ­ла его по имени-отчеству, Герман Георгиевич. Иногда она ему звонила.

- А тебе той ночью? Когда ее убили. Звонила?

- Нет.

- Значит, вы не договаривались встретиться?

- Нет, конечно!

- Я так и думал. Павел, ты готов за себя по­стоять?

- То есть?

- Если тебя вызовут в прокуратуру, ты смо­жешь доказать свою невиновность?

- Конечно! А зачем вы ко мне пришли?

- Быть может, убедиться в том, что ты неви­новен, - усмехнулся Завьялов.

- Видишь ли, Маша не могла открыть дверь чужому.

- Я был дома. Спал.

- Что ж, я тебя предупредил. Пойду, пожалуй. Не буду вам мешать.

- Я выйду с вами.

Пока Завьялов обувался, Павел снял с вешал­ки куртку и крикнул в большую комнату:

- Ма, мы уходим!

- «Ой, мороз, моро-оз!» — грянуло в ответ. На улице Павнов достал сигарету, глубоко за­тянулся. Потом сказал:

- Уеду я отсюда.

- А как же Вероника?

- Она тоже скоро уедет.

Если Горанин на ней не женится. А он не женится.

- Откуда ты знаешь?

- Так.

- Ты что-то не договариваешь?

- С чего вы взяли?

- Это я с тобой так мило беседую. В прокура­туре все будет по-другому. Я очень хорошо знаю Германа... Георгиевича.

- Совсем забыл, что вы друзья, - равнодушно сказал Павел. — Но я его не боюсь. Я у него де­вушку не уводил.

- Да причем здесь девушка. - Завьялов помор­щился. - Речь пойдет об убийстве.

Павнов никак не реагировал на его слова.