Держи меня

— Опять психуешь?

— Знаешь что, неси свое шампанское, иначе я за себя не отвечаю!

Она в кухню отправилась, я — в зал. Включил телевизор, пощелкал по каналам. Но волновался, чувствовал, знал, что произойдет дальше. Даже самому себе было старшно признаваться, что больше всего боюсь близости с ней. Вдруг разочарую ее. Блять, вдруг просто не смогу! Хотя стоит к ней притронуться — и все работает, как надо. Но ведь аппарат-то не использовался столько времени, вполне мог от бездействия, ну и полученных в аварии травм, сломаться! Вот ведь врач на последней консультации что-то по этому поводу говорил, но не слушал его, идиот, не думал, что это мне понадобится!

За окном темно уже, сколько времени? Ого, десять уже!

Слушал, как она гремит посудой, убирает со стола.

Сидел, уставившись в экран, и ничего там не видел. Пришла, наконец-то, одетая в длинный пушистый домашний халат. Поставила на журнальный столик вазочку с конфетами, два бокала.

Вот никогда раньше с этими делами проблем не было. Редко приходилось ухаживать, что-то придумывать, чаще девки сами, без всякой там галиматьи, на шею вешались. Но эта не такая. И страшно с ней. Обидеть страшно. Как же ее заманить-то поближе?

— Аля, тебе Матвей нравится? — ох, не с того начал… но поздно, слово — не воробей.

Она подозрительно так смотрит. Заманил…дебил.

— Ну, как тебе сказать… Он интересный, симпатичный, — взглянула на меня из-под ресниц, издеваешься, значит, маленькая зараза! — веселый, общительный, не грубит, не психует…

— Полная противоположность мне…

— Ага!

— И?

— Нравится, конечно. И Серега нравится! И вообще все мужики нравятся! Прям, все-все в мире! — она вдруг встала с дивана, взяла со стола бокал с шампанским, в несколько больших глотков выпила его, поставила на место, подошла ко мне, уперлась руками в мои колени, нагнулась и поцеловала в губы.

Заманил! Необычным способом, но все-таки заманил! Теперь не отпущу! Уже проверенным способом схватил ее в охапку, потянул на себя. Она, правда, и не сопротивлялась.

— Попалась! Значит, все мужики тебе нравятся? А я? Я тоже нравлюсь?

Внимательно следил за выражением ее лица. Видел, как на щечках появляется румянец, как она опускает взгляд на мои губы.