Держи меня крепче

Чуть позже умываясь слезами, рассказывает, что ее и младшего братика отобрали у матери. Пьющей, неблагополучной, которая не исполняла свои родительские обязанности как следует. Судя по худощавой фигурке Дашки с просвечивающимися ребрами, дома ее кормили редко."

"За обеденным столом она набрасывается на привычную для нас детдомовскую еду с диким восторгом. Съедает все и даже больше, потому что я любезно отдаю ей свою порцию супа и два кусочка хлеба.

Еще Дашка делится тем, что у нее в доме нет воды, газа и света – все отключили за неуплату.

Но, тем не менее, она с восторгом рассказывает о том, что обязательно вернется домой, к мамке, потому что та без нее точно пропадет. Я слушаю новенькую и понимаю, как же мне повезло с моими любящими родителями. Пусть у меня от них остались лишь воспоминания, но они самые теплые и согревающие душу в морозные зимние дни.

Кровать Дашке выделяют рядом с нами. По одну сторону спит Валя, по другую – Дашка и мы оживленно разговариваем о будущем поздними вечерами.

Строим грандиозные планы, которым не суждено осуществиться, но именно этими планами и мечтами мы живём от вечера до вечера.

- Я хотела бы увидеть во сне своих родителей, - признаюсь я девочкам.

- Они ни разу не снились тебе? – удивляется Валюша.

- Нет, ни разу, - сильно мотаю головой, стряхивая слезы.

На пятую ночь после того как Дашка оказалась в детском доме, она шепотом подзывает нас к себе на кровать и смотрит с мольбой в глазах.

- Я без вас никак, понимаете? Мне бы к мамке вернутся, домой… она без меня того, коньки отбросит и мужиков в дом наведет, - говорит Даша.

Я понимаю, к чему она клонит, но стараюсь гнать от себя мысли о побеге. За эти дни я слишком к ней привязалась, и мне не хотелось бы, чтобы Дашка сейчас пропала, просто потому, что с матерью ей будет туго.

Я не впервые встречаю таких детей как новенькая. Все они как один уверяют сотрудников детского дома, что в холодном неотапливаемом доме, с пьяной матерью и ее собутыльниками им будет лучше.

- Я хочу сбежать, - сообщает наконец-то Дашка шепотом.

На самом деле наш интернат не имеет строгих ограничений и каждый волен здесь делать то, что ему заблагорассудится – воровать в городе, попрошайничать, гулять, где захочется, но все как штык к отбою должны быть на своих местах.

Я и сама частенько сбегаю на кладбище – где рядом с родителями похоронена бабуля.