Демон из Пустоши

Аверин повернулся и посмотрел ей в глаза:

– Я… хотел принести извинения за сцену в штабном фургоне. Я поступил… недопустимо.

Ее взгляд стал холодным и колючим:

– Ах что вы, граф. Это мне следует извиниться. Я… дала слишком много воли своим чувствам, возможно, вы неверно истолковали их.

– Я так и подумал, обещаю впредь быть более сдержанным, – он поклонился и направился к дверям.

Но не дойдя до них, остановился и оглянулся. Софья стояла на том же месте, закусив губу.

Он опустил голову и спросил:

– Я продолжаю говорить глупости, так?

Она улыбнулась, и Аверин неожиданно обнаружил, что ее глаза блестят от слез.

– Я тоже… делаю глупости. Но поймите, помимо моего дяди, вы первый мужчина, с которым я завела столь близкое знакомство. И вы совершенно правы. У каждого из нас свой путь. Вы никогда не переберетесь в столицу, и уж тем более не согласитесь на роль супруга-консорта. А я никогда не смогу переехать в ваш уютный домик на Петроградке, чтобы жарить блинчики по утрам.

Он протянул руку и коснулся ее пальцев. Некоторое время они стояли, глядя друг другу в глаза, а потом императрица, опустив руку, шагнула назад.

– Вам пора, Гермес Аркадьевич. – Ее улыбка стала немного отрешенной, словно она в своих мыслях уже попрощалась с ним, – и меня наверняка ждут внизу. Мы еще встретимся, до моего отъезда. Но, боюсь, наша встреча будет намного более официальной. И все же пообещайте подумать над моим предложением.

– Обещаю, – он вновь поклонился и, наконец оторвав от нее взгляд, вышел.

Кузя ждал внизу.

– Ну что? Мы домой едем? Ужасно домой хочу! – див махнул рукой, указывая на автомобиль, но тут же подозрительно посмотрел на хозяина: – Что-то случилось?

– Да, – Аверин скользнул взглядом по окнам библиотеки, где все еще горел свет, – случилось то, что я родился настоящим чурбаном.

Глава 18

Дома было тихо. Аверин уже успел отвыкнуть от тишины и даже не помнил толком, когда последний раз сидел в любимом кресле и просто читал книжку. Да что там, даже поработать в кабинете с бумагами казалось настоящей роскошью.

– Вам, может, чай заварить? – Кузя появился, переодетый в свою любимую рубашку, из рукавов которой смешно торчали его руки.

– Давай новую купим? – Аверин указал на рубаху.