Демон из Пустоши

Она очень хитра, умна и, похоже, на нашей стороне. Точнее – на стороне мирного сосуществования людей и дивов. И я хочу спросить у вас – насколько ей можно доверять? Насколько ей доверяете вы?

Аверин встал и прошелся по библиотеке, так думалось немного лучше.

– Честно скажу, не знаю. С одной стороны, все, что я видел и слышал от нее, говорит о том, что она хочет добра. С другой – и за Григорием Распутиным, и за так называемым императором Александром стояла она. И оба называли ее наставницей. И вы правильно отметили: она очень умна и хитра.

И теперь весьма сильна – мой прибор показывает девятку. Контроль над дивами такого уровня существует только в воображении очень самоуверенных колдунов. А значит, контролировать ее будет невозможно. Да и Владимиру я доверяю больше.

– Несмотря на то что он стрелял в вас?

– Да, несмотря на это. А может быть, как раз поэтому. Я не могу быть полностью уверенным в его верности вам. Но в том, что он до конца верен Российскому государству, я уверен абсолютно. А Анастасия… она верна только своим идеалам.

– Они неплохи, эти ее идеалы, – задумчиво проговорила Софья и добавила: – И если речь зашла о верности… Как вы понимаете, предстоят серьезные кадровые перестановки. Я не буду предлагать вам место в кабинете министров, – она вздохнула. – Потому что не сомневаюсь в вашем отказе. Но, может быть, вы согласитесь занять место главы столичного Управления? Мне просто необходим на этой должности верный и порядочный человек.

– …И тонкий политик, – усмехнулся Аверин, – благодарю, но вынужден отказаться.

Не сочтите мой отказ прихотью, я лишь трезво оцениваю свои силы: я не справлюсь. Кроме верности и порядочности на этой должности нужны другие качества, а у меня их нет. Уверен, ваш дядя, князь Булгаков, подходит идеально. Да вы и сами это знаете. У него огромный опыт, и в критической ситуации он великолепно руководил обороной и сумел продержаться до прибытия подмоги.

– Да, вы правы, – еще раз вздохнула императрица. И, помолчав немного, спросила: – Вы ведь не планируете оставаться в поместье на ночь?"

"– Я собирался уехать… – Аверин подошел к окну.

Постоял немного, глядя на зажженные в парке фонари. Надо было что-то сказать. Вскоре они сядут в машины и отправятся почти одной и той же дорогой. Он поедет на Петроградку, а она – в Зимний дворец. И разделять их будут всего один мост и такая огромная пропасть, что преодолеть ее не сможет даже самый сильный див.

– Вы… хотите мне что-то сказать? – она встала и подошла ближе.