Дело об измене

Так, полет все лучше и лучше.

- А меня раздражало, что ты не понимаешь, о чем я. Ведь я рассуждал в общем, о своей личной статистике поведения клиенток. А ты думала, я упрашиваю тебя. Хм… Не будем вспоминать подробно.

Говорить про ее муженька сейчас точно не хочется.

- Мы не могли понять друг друга… - Таша тоже говорит именно про нас. - Но мне с первых дней было хорошо с тобой. Я чувствовала себя с тобой в безопасности.

- Так будет и дальше.

- Мне не по себе, что я перескакиваю из одних отношений в другие так быстро…

- А разве есть какие-то нормы скорости?

От Вики ее точно нужно забирать.

- Я никогда не стремилась соответствовать нормам, - вдруг признается моя девочка, - но мне страшно, что обо мне плохо подумаешь ты.

Шумно выдыхаю.

- Так, пора уложить тебя спать! А то ты начинаешь говорить глупости.

- Ты прав, хватит ныть.

Меня не напрягла ее откровенность, даже наоборот. Она открывается - это хорошо. Но сейчас нам и правда надо бы отдохнуть.

- Идем ко мне, там просторнее кровать.

Отодвигаться от нее мне не нужно. Однако ночь длинная, пусть будет удобнее.

- Уверен?

- Таша!

Понимаю, своими ногами эта упрямица не пойдет. На нее давят все ее комплексы. ""Спасибо"" чертову Льву и Виктории!

Так что я просто сгребаю ее на руки и несу в нужном направлении. Укладываю на смятую нами постель.

- Дэн…

Хочет что-то спросить. Уже начинаю запоминать ее интонации.

- Да?

Вздыхает. Чертит пальчиком треугольник на моей мышце. Ох, малышка! Но нет, сейчас я кремень.

- А с Викой ты… здесь…

Понимаю ее мысль.

- Она бывала в этой квартире. Но не в этой кровати.

- Как это? - голосок звучит недоверчиво.

Теперь я с силой выдыхаю.

- Можно я не буду вдаваться в подробности?.. Скажу только, когда я купил это жилье, когда обустроил спальню, встречи с Викой стали… уже чисто механическими.

Я дал Вике ключи, чтобы она могла заезжать ко мне после работы. Мест для… снятия напряжения и без моей спальни было предостаточно. Я не хотел, чтобы там оставалось ее присутствие, ее запах.

В сравнении с чувствами к Таше я понимаю, как это все было цинично.