Дело о давно забытой пощечине

В несколько мгновений совершенно беспроигрышное дело превратилось для заместителя окружного прокурора в беспросветный туннель, в конце которого он не различал даже тонкого лучика света. Ему была известна история о том, как окружной прокурор Империал-Валли бросил вызов Мейсону, устроив шумную кампанию в местных газетах, и с позором проиграл, что заметно отразилось на блестящей карьере молодого прокурора, стремящегося вырваться из провинции на столичные просторы. Майкл Д'Або был уже в летах и мечтал лишь спокойно доработать до пенсии без особых потрясений; на какие-то особые взлеты он давно уже не рассчитывал и отдавал себе отчет, что Перри Мейсон ему не по зубам.

Уже был отправлен гонец в окружную прокуратору и Д'Або с нетерпением ожидал появления в зале заседаний своего непосредственного начальника, чтобы переложить на его плечи груз ответственности. Он хорошо знал окружного прокурора и неоднократно слышал из его уст, что тот стремится к реваншу над столичным ловкачом-адвокатом. И сейчас, безусловно, Болдуин Л. Маршалл не упустит возможности отомстить своему давнему недругу. Впрочем, обвиняемый также был ненавистен окружному прокурору, в меньшей конечно степени, чем Мейсон, но все же. И именно по той причине, чтобы его не обвинили в мести, он отдал столь, казалось бы, беспроигрышное дело своему не хватающему звезд с неба, зато многоопытному заместителю. Майкла Д'Або вдруг охватил страх, что Маршалл бросит его на растерзание Мейсону, не пожелав впутываться в это дело. Но этот страх прошел — старый юрист хорошо знал своего начальника, изо всех сил рвущегося наверх: тот не упустит такой возможности. В случае победы над не знавшим еще ни одного поражения Мейсоном, перед Маршаллом откроются все двери, о нем будет говорит весь штат, да что там — вся страна, он утрет нос напыщенным столичным коллегам…

Наконец, дверь в зал заседаний отворилась и Майкл Д'Або смог облегченно вздохнуть — под всеобщие взгляды любопытства вошел окружной прокурор Империал-Валли Маршалл Болдуин.

Первым делом он кинул взгляд в сторону стола защиты и одарил знаменитого лос-анджелесского адвоката ироническим приветственным поклоном. На лице окружного прокурора был написан плохо скрываемый восторг — судьба подарила ему величайший шанс отомстить обидчику.

Он прошел к столу обвинения и уселся в кресло, сделав своему заместителю небрежный жест, чтобы тот продолжал опрос кандидатов в присяжные заседатели.