Дело чести

— У меня к тебе небольшое порученьице, — сообщаю я Саиду, обнаружив, что он надолго умолк. — Надо аккуратно пустить слух, что Рустема Гушмазукаева «заказали» товарищи из Москвы. И что киллеры уже вовсю прорабатывают его персону — вот-вот дело будет…

Саид соображает, озабоченно морща лоб. Нет-нет, это обычная просьба, не выходящая за рамки договора. Если есть возможность, он всегда пустит слух по высшему разряду — комар носа не подточит: наш ичкерский Макиавелли обладает феноменальным талантом по части распространения дезы в ЗОНЕ.

— Кто сказал? Где, когда? На кого сослаться, если вдруг что? — осторожно интересуется Саид, начиная растирать запястье левой руки — признак активной мыслительной деятельности (за год я успел изучить все его жесты — могу составить пособие «Невербальные коммуникации ЗОНОВСКИХ шпионов»).

— Да ладно тебе, братишка! — прикидываюсь я. — Мне тебя учить, что ли? Если что — скажешь: один мужик на базаре говорил…

— Не пойдет, — решительно обрывает меня Саид. — С Рустемом такие штуки не проходят — сам знаешь. Если меня вдруг возьмут за жопу, надо будет сказать что-то стоящее, чтобы подтвердилось.

А что тут думать? Сам знаю, что не пойдет, не первый день в ЗОНЕ. Это просто проверка на вшивость — если Саид с ходу, не задумываясь, согласился бы на вариант «мужик — базар», не видать нам слуха о киллерах для Рустема как своих ушей. А он не согласился. Очень хорошо. Все уже давно продумано — для этого у нас есть дядя Толя, змей о трех головах, а головы сии именуются Стратегия, Прозорливость и Аналитический расчет.

Даю информацию: где, куда, когда, откуда. Саид из данной цепочки практически исключен: ему надо только прибыть в установленное время под благовидным предлогом в славный поселок Хали, где через три дня состоятся именины племянника Рустема, дождаться, когда клиенты дойдут до кондиции, и тривиально подбросить «подметное письмо» — «малявку» о страшных замыслах вражеской Москвы.