Дело чести

Двор заливал яркий свет фонарей, и можно было в мельчайших подробностях рассмотреть, как у бочки сноровисто копошатся четверо парней, развлекаясь на первый взгляд не вполне объяснимыми манипуляциями.

К низу бочки, с самого краешка, был приспособлен тонкий резиновый шланг, который ниспадал в аккуратную канавку, прорытую до распахнутых дверей погреба, притаившегося метрах в десяти, у самого забора. Рядом стояло ведро с какой-то массой, в ведре торчал мастерок. К моменту нашего прибытия на НП ловкие хлопцы уже практически закончили монтаж вспомогательного оборудования, и мы имели честь лицезреть, как проистекала завершающая стадия этого странного мероприятия.

Молоточком — тук-тук-тук! — шланг пришпилен с внутренней стороны к козлам — и ни хрена не видать. Канавку быстро засыпали землей и тут же утоптали, сбрызнули водицей, опять утоптали — будто так и было. Затем подтащили ведро с мастерком и щедро набухали на козлы и низ бочки той самой непонятной массы — по-видимому, глины. Все.

Полагаю, даже при близком рассмотрении следы какой-то левой жизнедеятельности на ритуальной бочке гостям будет разглядеть весьма сложно.

И ненужный уже брезент — долой.

— Ну и что сие значит? — вслух удивился я. — Соображения имеются?

— Да черт его знает, — Братский неопределенно пожал плечами. — Шланг ведет в погреб, наверно, там где-то припрятан насос, опять же — бочки там у них… Ну, как обычно, короче.

— В смысле будут винцо потихоньку стравливать в другие емкости? — предположил я. — Чтобы, значит, не вылакали все — так, что ли?

— Да нет, скорее наоборот, — не согласился Братский.

 — Чечены, они, конечно, народ хвастливый, но в жадности их упрекнуть никак нельзя. Скорее они в разгар пиршества, под шумок, будут закачивать в эту распрекрасную бочку другое вино — кондицией пониже. Хорошее вино, сам понимаешь, имеет свойство быстро кончаться. А явно поить гостей из других бочек не престижно. Ну вот…

— Да там же не менее трехсот литров! — возмутился я. — Плюс по столам — батареи выпивки. Это сколько ж можно выпить?!

— А они двужильные, — невозмутимо заметил Братский.

 — Высосут все, что Аллах ни пошлет. И мало еще покажется — вот посмотришь. И потом, судя по всему, народу будет невпроворот. Так что, с практической точки зрения, они все правильно придумали. Когда дело до донышка дойдет, там вряд ли кто уже будет различать, что свойства вина измельчали.

Малость поудивлявшись изобретательности хозяев, я вдруг сообразил, каким образом можно использовать данный факт в своих целях.