Давай поедем в Уналашку

Дома почему-то было чисто. Даже слишком чисто. Если бы у наших вещей были бы свои места, можно было бы сказать, что они на них лежали. В ванной и на стуле в комнате больше не висела мамина одежда, зубные щетки оказались в стаканчике, а с зеркала исчезли подтеки зубной пасты, из которых я нарисовал свирепого монстрика.

– Какой сегодня день? – на всякий случай решил уточнить я. Вдруг у кого-то день рождения? Хотя у кого мог быть день рождения кроме мамы или меня?

– Пятница. А что?

– Просто. Просто странно, что все так чисто.

– Забыла тебе сказать. У меня сегодня гости.

– А. Понятно.

Я не стал уточнять, какие гости, потому что все равно никогда не мог запомнить маминых подружек и знакомых с работы. Они все были похожи друг на друга и все одинаково странно со мной разговаривали – как доктор с пылью в бровях.

Когда мама накрыла на стол, зазвонил домофон. Я нажал кнопку:

– Кто там?

– Свои, – сказал мужской голос.

Тот, кто вошел, мне сразу не понравился. Он был похож на помесь крысы и зайца, потому что его верхние зубы висели над нижними.

– Марк, познакомься. Это Олег.

– Привет, – сказал Крысозаяц и протянул мне руку, как будто мы оба взрослые. Рука была мокрая и холодная.

– Ну а теперь давайте ужинать, – сказала мама.

– Марика, давай я открою вино, – предложил Крысозаяц. Мама дала ему штопор, и он начал им крутить, но ничего не получилось, и пробка рассыпалась на маленькие кусочки. Крысозаяц налил в бокалы вино с крошками от пробки, и теперь они плавали в нем, как маленькие мухи.

– Ну, за встречу! – он улыбнулся торчащими зубами, и, по правде говоря, зря.

– Ура! – сказала мама, и они выпили по глотку вина. Крысозаяц ощупал язык, вынул двух пробковых мух и положил на край тарелки.

– А что на ужин? – спросил я.

– Индейка, брокколи и салат.

– Ты же знаешь, что я ненавижу брокколи.

– Ты же знаешь, что это очень полезно. Нельзя есть только мясо, хлеб и сладкое.

Мама положила еду на тарелки, и мы начали ужинать.

– Между прочим, он не ест брокколи, – заметил я. Крысозаяц покраснел.

– Не он, а Олег.

– Но это нечестно. Почему я должен есть, а он нет? – возмутился я.

– Морковкин, как ты себя ведешь? Давай доедай и отправляйся в постель.

– Но завтра суббота!

– И что? Режим есть режим. Ляжешь поздно – встанешь поздно, и потом в понедельник я не смогу тебя разбудить в школу.