Дарк

Продажная тварь. Она тогда улыбнулась, увидев меня, и пригласила присоединиться.

«– Малыш, у меня во рту пусто, – с хриплым стоном сказала она, посмотрев на меня этими кристально чистыми голубыми глазами. Два мудака даже не останавливались, они просто глянули на меня и продолжили натягивать девушку, которую я любил до боли в сердце. Я очнулся только тогда, когда они были мертвы, а она пронзительно кричала, царапая свое лицо и умоляя не убивать ее.»

В случае с Айви я успел остановиться. Чернота рассеялась, когда я схватил ее за волосы и заглянул в глаза.

Тоже голубые. Ирония, которая выворачивала душу наизнанку. Чертовы шлюхи с голубыми глазами и кукольной внешностью. Подстилки. Не больше не меньше. На другую роль они не годились, только удовлетворять самые низменные потребности самым примитивным способом.

– Иди трахай своих шлюх! – выкрикнула она мне прямо в лицо.

Смотрела со злостью и обидой. Щеки обильно смачивались слезами, оставляя черные потеки туши. Она выглядела жалко и прекрасно одновременно.

Айви была создана для меня. не знаю, зачем, но я решил тут же прояснить этот вопрос:

– Никого не было, Айви.

Она смотрела на меня расширенными глазами. Не ожидала, что я не смогу с другими. Я пробовал, правда. Я перепробовал с несколькими, но не смог. Я возбуждался, как и всякий нормальный мужчина при взгляде на красивую женщину. Но не смог пересилить себя и даже позволить им раздеть меня и отсосать. Нет. Я каждый раз, сука, передергивал в душе, думая о ней. А потом ненавидел себя, как только начинал свободно дышать после очередного сокрушающего оргазма, который высасывал из меня все соки.

Она сделала меня зависимым. Взрастила потребность в своем теле. Но я хотел не только плоть, мне нужна была она целиком, ее душа и сердце. Ее мысли и воздух, которым она дышала. Вся без остатка. Моя.

– Никого не было, слышала?! – выкрикнул я, снова злясь на нее.

Своим уходом она разворотила мне грудную клетку, вытянула оттуда остатки черного сердца и увезла с собой в Город Ангелов. Увезла, чтобы продолжать терзать его.

Самое жестокое чувство, которое может испытывать человек, это отнюдь не жажда убийства. Это любовь. Она и становится стимулом совершать страшные поступки. Убивать себя или окружающих. Когда любовь разрушает тебя, вытаскивая из твоего фундамента кирпичик за кирпичиком, рано или поздно ты завалишься и останется только горстка побитых камней на месте, где когда-то была крепость.

Я развернул Айви спиной к себе, задрал ее платье и сорвал трусики.