Дар небес

- А ты, братец, разве умеешь говорить с лесом?

- Умею, — Дар кивнул степенно, — вот приеду на каникулы и послушаю, что мне лес расскажет - слушались ли матушку с батюшкой, не капризничали ли, не озорничали ли?

- А меня научишь? - загорелся Демьян, он хотел во всем походить на старшего брата.

- Я объясню, как надо, но слушать ты должен сам, — ответил Дарий спокойно. И Анна знала, что действительно объяснит, и даже в лес они сходят, но вот сможет ли и Демьян лес слышать?  Дано ли младшему такое умение?

Как знала Анна и то, что Дар не обманул.

Она, как Лекарь, могла читать мысли. Правда, об этом она предпочитала не говорить, чтобы не пугать людей. А вот все её близкие знали, что она это умеет. И она не один раз слышала в мыслях маленького Дара его разговоры с лесом, потому, как мать, она и не волновалась, она просто знала, что её первенец не немой. Он просто первые пять лет жизни не говорил с людьми, предпочитая говорить с лесом.

И потом, когда уже вырос, Дарий предпочитал молчать.

Да, он Земледелец, но слышать  лес только он мог, и поля его всегда богаче, чем у всех, урожай приносили.

- В прадеда! - всегда говорил Митрофан, глядя на своего старшего сына, — ему вся сила нашего рода досталась.

О том, что все её сыновья и Настасья придут с той страшной войны с немецкими извергами, Анна тоже знала. Сыновья воевали, дочь работала хирургом при полевом госпитале. Митрофана, как и Лизоньку,  на ту войну не взяли. Митрофана в силу его преклонного возраста, а Лизу в силу того, что она агрономом была в колхозе.

И агрономом самым толковым. А хлеб фронту был нужен, так же как и снаряды. Сама Анна работала в районной больнице. Военкомат выдал ей бронь. Она, как медик, нужна была здесь, при госпитале, который развернули в их больнице. Их колхоз собирал самые большие урожаи. А к ним в район потянулись эвакуированные. Все больные, изможденные, а ведь им всем надо было где-то жить и стране помогать воевать с фашистами. У них здесь, в тылу, была своя война.

С той войны все её дети вернулись живыми и в орденах. И только Дар вернулся домой раньше на полгода. Вернулся он комиссованным по ранению. Вернулся с палочкой, на которую опирался при ходьбе. Дома, под чуткими матушкиными руками, Дарий быстро поправился и вскоре избавился и от своей хромоты, и от палочки. Раны затянулись, оставив шрамы. Шрамы на всей левой части тела и даже на лице, через всю его левую часть, от виска и до подбородка.