Чужой престол (СИ)

Впрочем, как и понимания, что делать дальше.

Роланд

Да, так будет правильнее — канцлер осознавал это ясно и определённо. Но «правильнее» не означает, что не больно. Особенно ему.

Роланд предполагал, что Анастасия его быстро забудет. В конце концов, у них и не было ничего — что там забывать-то? Да и Огден сейчас подсуетится, начнёт нормально ухаживать, окружит принцессу заботой и вниманием — и Анастасия со временем растает и выйдет за него замуж.

И всем будет замечательно. Даже Роланду в конечном итоге будет замечательно — он же получит долгожданную свободу.

Разговор с Томасом Роланд пару часов назад передал Эрнесту Таду, и тот первым делом спросил, не блефует ли заместитель министра внутренних дел. Этот вариант Роланд тоже рассматривал, но всё-таки склонялся к другому. Ротергейл не зря упомянул математический расчёт — для него было гораздо очевиднее, что эффективность управления государством зависит от личности того, кто им управляет.

Да, вот так, отлично. Лучше думать о политике, чем о принцессе… Она, конечно, тоже часть этой политики, но и существует пока особняком. Как драгоценный приз, который неизвестно кому достанется. Точно не Роланду, — а в остальном есть варианты.

Размышляя обо всём этом, канцлер добрался до своей комнаты, открыл дверь, зашёл внутрь, сделал несколько шагов по направлению к гардеробу, намереваясь сразу переодеться, но не дошёл.

На пятом шаге Роланду почудилось, будто воздух в помещении разом куда-то пропал.

Канцлер метнулся к двери, собираясь выскочить в коридор — так было гораздо быстрее, чем стараться нейтрализовать заклинание, которое использовали против него, — но дверь оказалась заперта. Кашлянув — в горле уже горело и першило, — Роланд подбежал к журнальному столику, где обычно лежал артефакт для вызова слуг или охраны.