Чужестранка в гареме

– Ты его друг, что еще ты можешь сказать? – огрызнулась женщина. – Он не сумел убить...

– Мама, мы даже не предложили нашему гостю прохладительных напитков, – напомнила девушка, когда они проходили мимо укрытия Хедер. – Уверена, Малик захочет выпить и закусить в ожидании Халида.

Малик? Хедер была потрясена. Похоже, ее купила мать чудовища. Если девушка и раньше планировала сбежать, то сейчас ее решимость увеличилась стократ. Она отказывалась прислуживать женщине, которая дала жизнь такому монстру. Но с другой стороны, как может мать питать такую ненависть к собственному сыну? Это так неестественно.

И так грустно.

«Не загружай себя чужими проблемами, – приказала себе Хедер. – Если мать ненавидит собственного сына, это семейное дело, и нечего тебе вмешиваться».

Как только хозяйки дома с гостем прошли мимо, Хедер выбралась из своего укрытия и бросилась по тропинке в противоположном направлении. Скорее по воле случая, нежели исходя из соображений логики, она набрела на конюшни. Крадучись, Хедер вошла в пустынное помещение.

В стойле справа от нее стоял жеребец Халида. У нее был порыв натянуть принцу нос, похитив его же собственного коня, но она быстро передумала. Она не собиралась заранее предупреждать его о том, что всего лишь позаимствует, а не украдет его вещь, а человек, который не постеснялся продать женщину с аукциона, вряд ли станет испытывать угрызения совести, если отрубит ей пару пальцев за воровство.

Хедер прошла дальше. И тут она увидела лошадь. Это была потрясающе красивая кобыла оттенка красного дерева с ярко-белой звездой во лбу.

Это животное было как будто специально создано для Хедер.

Схватив поводья, которые висели на противоположной стене, Хедер, разумеется, не обратила внимания на то, что на них стояла монограмма принца. Тихонько открыв калитку, она вошла в стойло.

– Ну-ну, красавица моя, – ласково проговорила Хедер, чтобы успокоить кобылу, испуганно попятившуюся в глубину стойла. Протянув руку, она погладила лошадь по голове, приговаривая: – Будь поласковее, красавица, и я освобожу тебя.

– Поглаживание оказало на животное успокаивающее воздействие.

Очень осторожно Хедер набросила на лошадь уздечку и закрепила ее. Тут же висели попона и седло. Хедер постелила попону и уже взялась за седло, как вдруг неожиданный шорох заставил ее буквально похолодеть от страха.

Шаги.

Все ближе и ближе.

Невероятно высокий человек вошел и остановился возле стойла, по диагонали от того, где находилась Хедер.