Чужая жена для главы мафии (СИ)

Пальцы Севера забираются под футболку, выше, пока он не сдирает одним движением лифчик, чтобы получить доступ к груди. Лямки больно врезаются в плечи, но он тут же скрадывает боль дорожкой поцелуев от уха к шее и мой стон словно сам собой превращается в сладкий и призывной.

Тело реагирует совсем не так, как я ожидала — вместо того, чтобы отбиваться, я запрокидываю голову выше, открывая еще больше простора для действий. Север пользуется этим сполна и от его поцелуев вперемешку с горячим дыханием по позвоночнику бегут приятные мурашки.

— Перестань, пожалуйста, — выдыхаю с жалобным стоном, когда Север сжимает в пальцах горошину соска, — нас могут увидеть.

На самом деле я до чертиков пугаюсь такой реакции тела и того, что я сама сейчас далеко не против того, чтобы это продолжалось. Поэтому упираюсь в плечи мужчины, пытаясь отстранить его, хоть руки и не слушаются. Просто сказывается усталость. Усталость — и все!

— Здесь затонированные стекла.

— Все равно! И ты еще утром обещал меня не трогать, — облизывая то и дело пересыхающие губы, привожу аргумент.

— А ты две минуты назад предлагала мне себя в общественном туалете, — парирует Артур.

— Я… я не…

— Не переживай, — ухмыляется он, — никто тебя тут не увидит. Закрою тебя своей широкой спиной.

Раскаленный воздух опаляет горло и я, захлебнувшись им, замираю, переставая дышать, когда Север склоняется ниже и проводит горячим языком дорожку по ложбинке между ключицами. Он дергает меня к себе в этот момент, вжимаясь бедрами между разведенных ног.

— Такая отзывчивая… сладкая, — довольный шепот на ухо, и я зажмуриваюсь, потому что его слова звучат до безумия пошло, — никогда не любил строптивых девочек. А на тебя стоит даже сейчас… — он делает паузу и ухмыляется, — Даже после того, как узнал, что ты виделась с Камилем Ледневым.

Сладкая истома пробегает по телу, а после сменяется паникой. Я еще до конца не осознаю происходящее, а скачок адреналина уже заставляет сердце с бешеной силой забиться в груди.

Распахиваю глаза и испуганно смотрю на Севера. Он нависает надо мной глыбой.

— Что? — выдыхаю тихо и во рту пересыхает от его недоброго взгляда.

Хватка пальцев на шее становится совсем не нежной, а в голосе нет ничего, кроме холодной угрозы.