Чувство льда

И еще посетителей всех перетрясти, которые в это же примерно время находились в издательстве. Ладно бы еще эти охламоны могли точно назвать час и минуту, когда пистолетик увели, так нет же! Они и спохватились-то не сразу. Так что нарисовался период где-то с шестнадцати двадцати до восемнадцати часов. А около восемнадцати как раз весь личный состав уходил с работы и выдвигался в сторону клуба, где намечалась праздничная вечеринка. То есть все сотрудники издательства шли через первый этаж, и любой мог заглянуть в комнату охраны и попасть на тот счастливый момент, когда дверь открыта, а внутри – никого.

– Это мы год будем возиться. А у меня отпуск…

Виктор Евгеньевич задумчиво посмотрел в окно, и увиденное за стеклом тяжелое серое небо трудового энтузиазма ему не добавило.

– Слушай, – медленно проговорил он, – а может, мне закрыть обоих Филановских? Пусть посидят в камере, подумают. С судьей я договорюсь, у меня с ней отношения хорошие, всегда полное взаимопонимание.

– Обоих? – Баринов ушам своим не поверил.

– Ну, во-первых, основания всегда есть. Мало ли что люди говорят, нельзя же всему верить. Это сейчас Александр Филановский от потерпевшей прятался, а что между ними раньше было, ты достоверно знаешь? Вот именно. И никто не знает. Может, у них было что-нибудь эдакое, а потом он решил от нее отвязаться, а она не отвязывается никак. Вот он и решил проблему, так сказать, кардинально. Может, она беременная была, а ему это ни к чему. Вскрытие покажет.

– А что «во-вторых»? – спросил Олег, предчувствуя недоброе.

– А во-вторых, в отпуск мне надо ехать вместе с женой, понял? Если я закрою обоих братцев-кроликов, то у меня дело точно заберут, еще и выговор влепить могут. Но выговор-то – хрен с ним, переживу.

– Ненормально, – согласился Баринов, хотя на самом деле ничего особенного в таком положении не видел. Он тоже ни разу вместе с женой не отдыхал, правда, женат Олег был всего год. Однако же перспектива передачи дела другому следователю его отнюдь не радовала, и надо было попытаться найти аргументы, чтобы разубедить Виктора.