Чувство льда

А отец – ноль внимания. Обидно? – спросила Мордасова и сама себе ответила: – Конечно, обидно. Но только логика твоя – порочная, потому что если ей следовать, то сейчас пьянки и драки, а потом и судимость за хулиганство или, не приведи господь, за убийство. В драке-то всякое может случиться, сам знаешь. На зону пойдешь. Даже если твой отец от этого горя в себя придет и начнет о тебе думать и беспокоиться, тебе-то от этого ни жарко, ни холодно, потому что ты будешь находиться в колонии и отцовской заботы и любви все равно не почувствуешь.

– Какие? – машинально спросил Володя и тут же осекся.

Чего она городит? Ее послушать, так получается, что он специально с Белоноговым и его дружками якшается, чтобы папа на него внимание обратил? Да плевать он хотел на это внимание! Сто лет без него прожил – и дальше проживет.

– Какие? – повторила Мордасова Володин вопрос. – Я тебе скажу какие. Ты фильм «Место встречи изменить нельзя» видел?

– Ну а то, – ухмыльнулся Володя. – Кто ж его не видел?

– Тогда назови мне правила Глеба Жеглова. Хотя бы те, которые помнишь.

Оказалось, что Володя не может назвать ни одного и вообще с трудом припоминает, что в фильме шла речь о каких-то правилах.

– Эх ты! – рассмеялась Мордасова. – Ну помнишь, Жеглов учит Шарапова, как надо со свидетелями разговаривать, и объясняет, что для того, чтобы расположить человека к себе, надо с ним разговаривать о том, что ему интересно, а для любого человека интереснее всего – он сам.

– Вспомнил, – кивнул Володя. – И чего?"

"– А того, – она почему-то рассердилась. – Вот тебе обидно, что отец ничего у тебя не спрашивает и жизнью твоей не интересуется.