Чувство льда

А ведь там уйма всякого любопытного, начиная от технологических вещей и заканчивая системой взаимоотношений. Нет, правда, пусть Вера Борисовна напишет, а я издам и гонорар ей хороший заплачу, ей не помешает, наверняка она стеснена в средствах.

– Сашенька, ну почему ты уверен, что все люди спят и видят, как бы им книжку написать и издать? Ты даже представить себе не можешь, что кому-то это совсем не интересно и не нужно. Ты – издатель, вот тебе и кажется, что твоя деятельность – самая для всех вожделенная сфера.

– Глупости, – решительно оборвал ее Саша. – Написать может не каждый, а воспоминания есть у всех, причем интересные. Для этого и существуют литобработчики. У меня целая редакция сидит на жизнеописаниях, биографиях и мемуарах, сплошные литобработчики, они на этом руку набили. Автор только надиктовывает на диктофон в соответствии с вопросами опытного редактора, а остальное мы сами делаем. И между прочим, наши книги этой серии идут на «ура».

– Как знаешь, – все так же равнодушно ответила Любовь Григорьевна.

Ей действительно было совершенно все равно, кого ее племянник пригласит на свою вечеринку, и ей не было никакого дела до какой-то там тренерши, у которой мальчики занимались фигурным катанием в незапамятные времена.

Приехала Катя, и Саша усадил всех за стол есть этот невозможный, острый и соленый салат.

Любови Григорьевне все это не нравилось. Она давно уже приметила кое-что неладное, но никогда прежде у нее не было такого явного, такого четкого ощущения, что на ее глазах происходит «перестановка кадров». Да, Катя и раньше бросала на Александра заинтересованные взгляды, она и раньше вроде бы ненавязчиво пыталась вступить с ним в отдельный от всех разговор, но всегда рядом были и Сашина жена, и Андрей, и вообще это были семейные праздники или издательские мероприятия, когда все друг с другом общаются, всем весело, все немножко (или порядочно) выпили и расслабились.