Чувство льда

Маслины есть?

– Сашенька, – Любовь Григорьевна подошла к племяннику и привычно подставила щеку для поцелуя, – у нас есть ужин, Валя все приготовила.

– Да ну, перестань, – он весело тряхнул головой, как большой пес, выбравшийся из пруда на берег, – что там ваша Валя приготовила! Завтра съедите, а сегодня будем есть мой любимый греческий салат с черным хлебом. Такой салат нужно есть правильно, обязательно с черным хлебом, только хлеб должен быть мягким, дышащим, свежим-пресвежим. И обязательно запивать молодым вином.

Любовь Григорьевна недовольно поджала губы. Она не ела черный хлеб, у нее начиналась изжога, а греческий салат вообще ненавидела, он казался ей слишком острым и соленым. Сашка весь в этом, всюду и всегда устанавливает собственные порядки и навязывает собственные вкусы. То ли дело Андрюша, он совсем, совсем другой, даже не верится, что они родные братья, к тому же близнецы.

– У нас нет черного хлеба, – сухо сказала она."

"– Так я же принес! Любочка, я все принес, и хлеб, и вино.

Саша счастливо улыбался и резво таскал коробки и пакеты из прихожей в кухню. Она предприняла еще одну попытку сопротивления:

– Я уже отпустила Валю. Готовить некому. И вообще, мы уже ужинали недавно.

– Да я сам все сделаю, ты не беспокойся. А греческий салат – это не ужин, это кулинарная радость, вкусно и не тяжело. Не спорь, Любочка, лучше иди посмотри, что я тебе принес. И Тамару зови, где она там? Тамара!!! – завопил он громовым голосом. – Звезда моя, душа моя, я пришел!!! И подарки тебе принес!!!

Застучала палка, скрипнула дверь, Тамара Леонидовна в сопровождении сиделки царственно поплыла навстречу внуку.

– Сашенька, – пропела она звучным и совсем несостарившимся голосом, – радость моя! Ты совсем забросил старуху. Почему ты так редко навещаешь меня?

– Мама, побойся бога, – сердито вмешалась Любовь Григорьевна, – Саша был у нас три дня назад. Он приезжает два раза в неделю, а то и чаще.

– Не ври! – ответствовала бывшая актриса. – Если бы он приезжал три дня назад, я бы помнила об этом.

– Да как же не был, когда он привез тебе кассеты и твой любимый торт, – Любовь Григорьевна рывком распахнула холодильник и достала оттуда блюдо с наполовину съеденным тортом. – Смотри, мы его даже доесть еще не успели. Ну, вспомнила?

– Люба, – прошептал Саша ей на ухо, – ну ты что, с ума сошла? Ты же не в классе и не в аудитории. Оставь ее в покое, у нее склероз, осложненный маразмом.